Книга Вопреки всему. Том 2, страница 48 – Владимир Сухинин

Пришло время гордым снежным эльфаркам, чтобы прожить, начинать торговать телом. Дважды красивых и ухоженных женщин забирали воины из гарнизона и, расплатившись, отпускали. Вскоре патрули привыкли к их присутствию и перестали обращать внимание.

Так две Мардаибы начали свою игру, готовясь к встрече с Торой, которая, как они знали, неизбежно придет в свою же собственную ловушку.

— Какой план? – спросила вторая Мардаиба, что служила Проксу в чужом мире.

— Все будет как в прошлый раз, – усмехнулась Мардаиба-Эрна. – Тора – самка без князя в голове. Она живет иллюзиями. Я думала, что прошлое неудачное посредничество между Старшими домами и ополчением ее чему-то научило. Но, как оказалось, зря так хорошо о ней думала, и мне даже непонятно, как хозяин мог выбрать такую глупую самку.

— Зато она красивая, – ответила ее младшая сестра.

— Мы тоже можем быть красивыми. Вон, смотри, идет офицер, сейчас будет нас покупать.

И точно, к ним подошел молодой снежный эльфар и оглядел девушек.

— Сколько? – спросил он.

Первой ответила Эрна:

— Золотой или мешок крупы.

— А за двоих?

— За двоих три золотых или три мешка крупы, – ответила Эрна.

— Пошли, – согласно кивнул офицер, – сегодня у нас праздник, – и повел их в казармы гарнизона.

Там они пили, ели и уходили с офицерами в подвал удовлетворять их желания. Ночевать остались там же в отдельном помещении с двумя офицерами.

Ночью Мардаиба-Эрна услышала шум, тихо встала и увидела в щель приоткрытой двери, как несут Тору.

— Приехала, – прошептала она и разбудила сестру. – И сразу в подземную темницу. Уже сломленная и обездвиженная. Прибить бы ее, да хозяин не позволит.

— Служить хозяину – истинное наслаждение, – произнесла младшая Мардаиба и получила одобрительный взгляд старшей сестры.

— Ее поместят в камеру, где она сидела и раньше, это камера для благородных. Пошли, посмотрим, как можно ей помочь, – позвала сестру Мардаиба-Эрна.

Они ушли в невидимость и спустились следом за конвоирами, что тащили висевшую у них на руках снежную эльфарку. Увидели, как ее грубо кинули на прелое сено и ушли, заперев за собой дверь в тюрьму.

— Слышишь, плачет, – прошептала младшая Мардаиба.

— Это слезы глупости, – фыркнула старшая сестра. – Не хотела бы я быть человечкой, хотя близость с мужчинами мне нравится – все лучше, чем плавать в огне.

— Что будем делать?

— Ждать удобного случая, сейчас ее не вытащить – спохватятся. Пусть посидит, подумает, умнее будет. А то еще раз придется за ней лезть в неприятности, – рассудительно произнесла старшая сестра и, проникнув в свободную камеру, села у стены.

Ни холода, ни дискомфорта в своем истинном облике демоницы не чувствовали. Они сидели и слушали.

— Кто тут? – раздался приглушенный голос.

Тора всхлипнула и перестала плакать.

— Я, – ответила она.

— Кто я? – спросил тихий мужской голос.

— Я же говорила, что она дуреха, – прошептала старшая Мардаиба. – Надо же так ответить «Я».

— Я Тора-ила, а вы кто?

— Я лер Морчи-ил, бывший секретарь и племянник лера Манру-ила.

— А что вы тут делаете? – с небольшой заминкой спросила Тора.

— И правда дуреха, – согласно прошептала младшая Мардаиба, – что можно делать в тюрьме?

— А что можно делать в темнице? – словно услышав слова демоницы, с горькой усмешкой произнес голос. – Сижу и думаю.