Книга Связанная мирами, страница 102 – Джерри Вэй

— Посторожу на входе, – махнул рукой Сергиус, как бы говоря: «Я не в деле». И удалился, равнодушно закрыв за собой дверь.

— Что ты задумал? – поинтересовалась Диана, когда они подняли столик и поставили на место всё, что с него свалилось.

— Для начала тебе надо отдать мне своё платье. – Алекс ухмыльнулся.

— Совсем обнаглел? – Диана тут же замахнулась, но он перехватил её руку, не успев получить заслуженный подзатыльник.

— Да подожди ты лупить, я даже договорить не успел. Слушай.

— Поняла, – кивнула она после скомканных объяснений.

Алекс снял с себя камзол с рубахой и протянул ей.

— Переодевайся. – Он повернулся спиной. – Я не буду смотреть, не бойся.

Диана и не боялась. Знала, что товарищу можно верить – так, как никому в своей жизни не верилось. С отчаянным вздохом, как если бы ей предстояло идти на смертную казнь (хотя нет, казнь определённо лучше), она сменила своё платье на белую рубаху и накинула тёмно-зелёный камзол, затянув его ремнём на талии. Рубаха свисала до бёдер, края камзола доставали до колен. Ноги же закрывали плотные чулки, так что эта одежда оказалась ей очень даже впору, только рукава пришлось закатать.

Всё это время Алекс стоял к ней спиной, скрестив руки на груди, и терпеливо ждал. Взглянув на его широкие плечи, она вдруг забыла о дальнейших действиях и замерла. Ребристый позвоночник обтягивала изрешечённая кожа. Лопатки остро сдвигались. Контуры нагой спины были такими аккуратными и лёгкими, что очертания мышц казались красивыми даже под застарелыми шрамами.

Не отрывая взгляда от чудовищных ран, она вдруг ощутила внутри зарождение томительной истомы. По телу разбежалась странная робость. Сердце забилось быстрее. Дыхание участилось. Следом прокатилась волна жара, растворив связные мысли. Всё, чего ей хотелось в этот миг, – закрыть глаза и… прикоснуться губами к увечьям, что уже никогда не заживут. Ощутить жгучие мурашки, которыми отзовётся холодная кожа. Вплести ими рвущийся наружу внутренний голос: «Больше эти раны никогда не потревожат тебя – я сберегу твою свободу».

Диана испугалась этого странного наваждения, но вместе с тем и поддалась ему. Затаив дыхание, не чувствуя под собой опоры, она медленно протянула руку. Ладонь тряслась очень близко от испещрённой шрамами спины Алекса. Так близко, что, дёрни она ею хоть чуть-чуть, и тонкие пальцы дотронутся.

Она чувствовала тепло, исходящее от сильных мышц, ощущала лёд осколков, сокрытых в этих старых шрамах. Пальцы колебались. Тело будто тонуло в огне. Дышать становилось тяжелее. Ещё чуть-чуть… Какой-то незначительный отрезок, и она вот-вот… прикоснётся.

— Ты всё? – тихий голос нарушил напряжённую тишину. Диана отдёрнула руку.

— Да… – растерянно ответила она.

— Прекрасно! – Обернувшись, Алекс выдернул из её рук платье (Диане стоило немалых усилий заставить себя разжать пальцы) и принялся с мстительной ухмылкой колдовать.

Его прежняя глумливая натура мигом швырнула Диану с небес на землю и окатила неописуемым гневом не то на него, не то на себя саму. Без слов она покинула каюту, яростно хлопнув дверью, и оставила недоумевающего Алекса в одиночестве.

В полночь Югай аккуратно открыл дверь и протиснулся в каюту. Чужеземная инквизиторша уже ждала его, сидя в тени, руки её были покорно сложены за спиной. Лицо и волосы покрывала белоснежная вуаль, струясь витиеватым орнаментом по груди. Кружево смотрелось на ней нежно, но мешало, и его хотелось поскорее сорвать. Однако делать этого раньше времени нельзя – такова традиция его народа.