Книга Удар скорпионов, страница 44 – Алексей Щербаков, Елена Прудникова, Юрий Нерсесов

Невольно остановился взглядом на очень красивой, но испуганной и растрёпанной Карин Ле Гуа. Трудно устоять перед просьбой такой женщины, и её лицо на полосе не появилось, но осталось на память. Когда-нибудь, став богатым и знаменитым, он повесит дома портреты из конверта, словно охотник головы застреленных зверей. Только вместо тигров и медведей со стены будут грустно смотреть генералы и министры.

До Светлоградово выскочивший из волчка едва ли не на противоположной стороне Вендии «Шахтёр–2» полз больше двух суток. Пассажирам пришлось выходить на рассвете, и, чтобы взбодриться, счастливый обладатель трёхмесячной зарплаты и двух рекомендательных писем к одному человеку (ничего себе совпадение — не сговорились же они?!) взял в буфете чашечку самого крепкого кофе. Заодно купил в киоске несколько газет и чуть не рухнул со стула.

Половину третьей полосы «Свободных новостей» занимала статья с фотографиями знакомого дома с опалённой дырой на месте окна на втором этаже. Читателям сообщали, что обиталище одного из ведущих корреспондентов «Юности Самватара» Станомира Белича сожжено заброшенными внутрь бутылками с зажигательной смесью, а сам он бесследно исчез. Дальше излагалась биография пропавшего, причём усиленно намекалось, что его посадили по личному распоряжению покойного вождя Народного Союза — генерала Войтеха Меткеша. Рядом с суровым генеральским лицом в зловещих чёрных очках шли рассуждения о том, какая из публикаций могла привести к столь чудовищному преступлению.

Завершался текст интервью с Гвидо Звёздным, который со скромной гордостью расписывал, какого замечательного сына воспитал, что тот совершенно точно пал от рук разоблачённых им воров в погонах, и вообще вся их семья — жертвы произвола бывшего вождя. Ведь именно его агентура расправилась с женой Звёздного, этой воистину святой женщиной! После чего безутешного мужа попытались обвинить в чудовищном преступлении, а когда не вышло, запретили издавать его стихи.

«Учишь вас, — прозвучало в голове. — Хоронишь, снова учишь…» Что ж, судьба явно бережёт его для покорения Светлоградово, а возможно, и ещё более великих свершений. Вдохновлённый столь приятной мыслью, Стано сунул газеты в сумку и пошёл искать автобусную остановку. Таксисты в небесных портах драли безбожно.

Столица Народного Союза и республики Вендия город Светлоградово

Пауков было много. Огромных, с крупный апельсин и размахом ног с блюдо. И поменьше — с монетки разного достоинства. Гладких и волосатых. Жёлто-серых, зеленовато-бурых и чёрных с оранжевыми полосками. На Стано они взирали с подозрением, но, поскольку находились в кабинете редактора «Рассвета» в виде чучел, агрессии не проявляли. Напасть мог разве что фиолетовый в крапинку экземпляр на руке Радо Нишича, но он только что отобедал жирной мухой и потому глядел сыто и добродушно.

С пауками журналист познакомился ещё три ладони назад, когда впервые переступил порог скромного флигеля сбоку от трёхэтажного особняка Союза писателей Вендии. Но теперь к ним прибавились чудовищных размеров клешня и загнутый хвост, которые хозяин прикрепил над столом крест-накрест. Клешня длиной не уступала человеческой руке, а хвост, пожалуй, даже ноге.

— Ничего себе… Добыть такую зверюгу! А где всё остальное?