Онлайн книга «Удар скорпионов»
|
Маленький багажный грузовичок привез заказанное. Дидо помог вытащить коробки, показал, куда нести, и, пока грузчики волокли их в камбуз, проскользнул в кузов за спиной часового. Скорчился в углу, накрылся удивительно кстати валявшимся брезентом и затих. Лишь бы его не хватились! …Мойзес сам не знал, почему задержался в небесном порту. На банкет с офицерами и учёными от Peplе Odservie, ведущей газеты Орлеании, респектабельной Monday и прочих изданий поехали господа главные редакторы. «Эдна», высадив Аваланда, немедленно улетела на базу его корпорации. Матросов с «Тавалоги» не выпускали, а судьба «Батиллуса» оставалась загадкой. На краткой пресс-конференции в порту суар Арман коротко сообщил, что корабль не вышел из волчка, и призвал почтить память погибших минутой молчания. Всё бы ничего, но учёные-то вернулись! Словам Аваланда о взрыве в лаборатории судна Лиги, после чего биологам пришлось работать на других судах, Ламвракис не поверил — чему там взрываться? Вот и торчал в порту, в международной зоне за постами пограничников и таможенников. Составлял бизнес-план рекламы фантастической порнухи и ждал неизвестно чего. Парня в чёрной форме флота Народного Союза Мойзи увидел совершенно случайно и сначала не поверил своим глазам. Пугливо оглядываясь, тот вышел из неприметной боковой двери и неуверенно направился к указателю. Журналист пулей выскочил из-за стола. — Могу… чем… помочь? Ну почему он так и не выучил вендский! Хотя бы пару сотен слов, для простейшего разговора?! Матросик нервно дёрнулся, но тут же облегчённо вздохнул. Тощий носатый альрамей, чуть старше его самого, один и явно не опасен. — Мне нужно в полицию! Слава богам, у него отличный орлеанский! — Тебя обокрали? — Нет! Я… сбежал! Сбежал?! И, наверное, в курсе, куда на самом деле делся «Батиллус»? Мойзи не знал, кто ему помогает — Экзепр или Тарантос, но на всякий случай поблагодарил обоих. — Слушай меня внимательно! Я специальный корреспондент Peplе Odservie. Это вторая по тиражу газета в стране, — Мойзес трясущейся от волнения рукой вытащил из кармана удостоверение и показал Дидо. — Меня послали помогать таким, как ты! В полиции так сразу не поверят, что тебе грозит опасность, и запросто могут отправить обратно на корабль, а дальше… сам понимаешь. — П-почему? — загоревшая в джунглях физиономия беглеца не просто побледнела — стала синеватой от ужаса. Он пошатнулся и, казалось, вот-вот упадёт в обморок. — Вы же принимали императора Сретана, Диликиса, Вейдица… Он что, совсем идиот? — Ты не император, не главный идеолог Народного Союза и не всемирно известный режиссёр. — Мойзи старался говорить максимально ласковым и убаюкивающим голосом, как будто имеет дело с маленьким капризным ребёнком. — Но, если расскажешь нечто, за разглашение чего могут реально наказать, совсем другое дело. Пошли, выпьем по чашечке кофе и подумаем… Через час Ламвракис ошалело смотрел на листки, где поперёк записанного им интервью красовался размашистый росчерк беглеца. — Завтра твой рассказ выйдет, — утешил он постепенно приобретающего нормальный цвет лица Кватерна. — Переночуешь у меня, а после выхода номера тебе нечего опасаться. «…Что стало последним толчком к вашему решению просить политического убежища? — До отлёта в экспедицию мне казалось, что новый курс Грдамича постепенно позволит нашей стране стать истинно свободной. Где на выборы допускают всех, а не только вечно правящую партию и её марионеток. Где детям на шею не вяжут красно-зелёные удавки и не заставляют маршировать колоннами. Где взрослые могут говорить, что думают, не опасаясь агентов госбезопасности, а историки, писатели и философы публикуют свои труды без оглядки на цензуру… Но то, что случилось на Радуге! Поехавшие охотиться на зверей венды сами оказались куда более свирепым зверьём. В очередной раз, напившись до скотского состояния, они устроили налёт на поселение мирных аборигенов. Убивали, мучили, насиловали, не щадя ни женщин, ни детей! |