Книга Сказка о сердце города, страница 91 – Ирина Тень

Лев подошёл к ней, взял её за руку, и его пальцы переплелись с её пальцами.

Ева подняла голову и посмотрела на него. В её глазах была решимость, которая была сильнее усталости.

— Завтра мы спасём её, — сказала она. — И мы остановим Архивариуса.

Они легли спать, и Ева чувствовала, как её мысли успокаиваются. Она знала, что завтра будет новый день, и они будут готовы к нему. Она закрыла глаза, и город заговорил с ней, наполняя её снами, которые были полны надежды. Ей снился Питер — его улицы, его мосты, его каналы, его голоса. Он пел ей песню, которая была полна надежды, и она знала, что завтра они начнут новую битву. Но она также знала, что они не одни.

Она уснула, и ей снился город — он пел ей песню, которая была полна надежды. Она знала, что завтра они начнут новую битву. Но она также знала, что они не одни. Город был с ними, и это придавало ей сил.

Ночь перед решающим днём была самой короткой и самой длинной одновременно. Ева лежала на диване, укрытая старым пледом, который пах нафталином и временем, и сон не шёл. Она смотрела в потолок, где тени от уличных фонарей плясали на старых трещинах, создавая причудливые узоры, похожие на карту неведомой страны. Она слушала, как за окном город дышит — ровно, тяжело, как человек перед прыжком в пропасть. Где-то вдалеке проехала машина, и её фары скользнули по стене, на мгновение осветив старые часы, которые тикали на стене, отсчитывая последние часы перед битвой.

Она знала, что они готовы. Барьер был создан, план был продуман до мельчайших деталей, и каждый из них знал свою роль. Сергей должен был провести их через потайные ходы НИИ, Лев — нейтрализовать системы охраны, а она — противостоять Архивариусу и его волне. Но внутри неё всё равно жил страх — тот самый, который не исчезает, даже когда ты уверен в победе. Он сидел в глубине души, как тень, которая ждала момента, чтобы напомнить о себе. Она чувствовала, как камень в кармане пульсирует в такт её сердцу, и кулон на шее нагревается, как будто город говорил ей: «Я с тобой. Я верю в тебя».

Она повернула голову и посмотрела на Льва. Он спал рядом на матрасе, но его дыхание было неровным, прерывистым. Он тоже не спал по-настоящему — его тело отдыхало, но разум продолжал работать. Она слышала, как он иногда вздыхает во сне, как его пальцы сжимаются в кулаки, как он бормочет что-то, чего она не могла разобрать. Он готовился к битве так же, как и она, и это знание давало ей силы. Она знала, что он не оставит её, что он будет рядом до самого конца. И это знание было её якорем, который не давал ей сорваться в бездну отчаяния.

Она закрыла глаза, пытаясь уснуть, но мысли продолжали кружиться в её голове, как стая птиц перед бурей. Она думала о Наташе, которая сидела где-то в темноте и ждала её. Она думала о ребёнке Наташи, который не понимал, где его мать. Она думала о всех тех людях, которые пришли к ней на уроки, которые поверили в неё и в город. Она не имела права подвести их.

В какой-то момент она провалилась в тревожный сон, и ей снился город — он стоял на берегу Невы, и его голоса звучали громко и чисто, как никогда. Он пел ей песню, которая была полна надежды, и она чувствовала, как её сердце наполняется светом. Но потом голоса начали затихать, и город погрузился в тишину, которая была хуже любой смерти. Она проснулась от этого сна с криком, и Лев мгновенно оказался рядом, обнимая её и шепча успокаивающие слова.