Книга Вторая жена дракона. Первая живет в зеркале, страница 106 – Виолетта Вейл

— Лорд Роуэн, вы понимаете, что это может вызвать повторное расследование обстоятельств смерти вашей первой супруги?

— Да.

— И проверку вашего решения скрыть часть экспериментов?

— Да.

— Возможны штрафы.

— Понимаю.

— Публичные слушания.

Дарен посмотрел на меня, потом снова на юриста.

— Если потребуются, будут.

Он больше не пытался спрятать прошлое.

Мне этого хватило.

Мине я написала в тот же день. Объяснила, что зеркало уничтожено как активная система, а документы передадут палате. Ее имя не назовут без разрешения.

Ответ пришел на следующий вечер.

«Можете передать мое имя и медицинские записи Варра, если они понадобятся для технического расследования. На публичное выступление я пока не согласна».

Внизу стояла подпись:

Мина Лейт.

Дарен прочитал письмо.

— «Пока».

— Да.

— Она оставила решение за собой.

— Именно.

Он сложил лист.

— Раньше я бы попытался договориться с палатой, чтобы ее вообще не вызывали.

— Знаю.

— Сейчас не буду.

— Знаю.

— Раздражает, что ты так быстро это замечаешь.

— Привыкай.

Через два дня приехал Варр.

Осмотр занял дольше обычного. Он проверял память, задавал вопросы, просил воспроизвести мелодию.

Я могла.

Но теперь она ощущалась просто песней, которую однажды услышала и запомнила. Исчезло чувство, будто следующая нота всегда была мне известна.

— Зеленая спальня? — спросил он.

Я закрыла глаза.

Стены. Белые розы. Молодой Дарен.

Картина оставалась, но эмоциональная связь исчезла.

— Осталась, — сказала я.

— Насколько ярко?

— Как чужой рассказ, который я запомнила слишком подробно.

Варр кивнул.

— Левая рука?

Я взяла его чашку левой.

— Работает.

— Очень остроумно.

— Стараюсь.

— Возникает автоматическое желание использовать ее?

— Иногда.

— Сильное?

— Нет.

— Становится слабее?

— Да.

Он записал.

— Хороший знак.

— Вам можно?

— Спасибо.

Дарен стоял у окна.

— Можно считать, что активной угрозы больше нет?

— Со стороны зеркала — да.

— А внутри Лианы?

— Переданные фрагменты не исчезают мгновенно.

— Но?

— Усиления я не вижу. Эмоциональная связь с ними уменьшается.

— Обратный вывод? — спросила я.

Варр посмотрел поверх очков.

— Я бы пока ничего не удалял.

— Почему?

— Потому что вы функционируете нормально, а попытка вмешаться в память опаснее самих остатков.

— Согласен, — сразу сказал Дарен.

Я посмотрела на него.

— Даже не скрываешь радость.

— Нет.

Варр закрыл сумку.

— Если через несколько недель фрагменты начнут мешать жить, вернемся к вопросу. Сейчас риск выше пользы.

Зеленая спальня больше не причиняла боли. Мелодия стала просто мелодией. Я могла взять чашку любой рукой, не превращая это в проверку личности.

— Хорошо.

Дарен улыбнулся.

Я показала ему кулак.

Он перестал.

Варр уже собирался уйти, но остановился.

— И еще. Перестаньте каждое утро сдавать себе экзамен на подлинность.

Я замерла.

— Я почти перестала.

— «Почти» не считается.

— Это профессиональная привычка.

— Нет. Профессиональная привычка — проверять контур. Вы проверяете себя.

Я посмотрела на синий блокнот. Последние записи действительно стали короче.

«Работала три часа.

Обедала с Дареном.

Ничего чужого».

А утром я не написала ничего.

— Думаю, больше не нужно, — сказала я.

— Вот теперь хорошо.

На третий вечер после уничтожения системы Дарен попросил меня прийти в кабинет.

На столе лежал наш брачный договор.