Книга Непорочная невеста Лорда Тьмы, страница 67 – Таня Акентьева, Таня Ром

— Пойдём, — сказала я. — Пусть видят, что Равенмур больше не место ужаса. Что мы — семья, а не чудовища.

Дариус улыбнулся и поцеловал меня.

— Я горжусь тобой, Элис Даркар.

— И я тобой, Дариус Даркар…

А Тьма внутри нас тихо мурлыкала, соглашаясь с каждым словом.

Прошло около двух недель с тех пор, как ритуал слияния изменил всё. Две недели, наполненные открытиями, тихим счастьем и странным, почти забытым чувством покоя. Равенмур больше не был мрачной твердыней, от которой веяло холодом и безнадёжностью. Он оживал. С каждым днём я замечала новые перемены: то в старом саду пробивался росток там, где годами была мёртвая земля, то слуги начинали переговариваться не шёпотом, а обычными голосами, то в коридорах появлялись букеты сухих трав, развешанные миссис Гримшоу для аромата.

Дариус тоже менялся. Он стал чаще улыбаться. Смеяться редко, но когда это случалось, я замирала, боясь спугнуть этот звук. Он больше не запирался в башне по ночам, не вздрагивал от каждого скрипа, не смотрел на меня с затаённым страхом, что я исчезну. Он просто жил. И учился этому вместе со мной.

В это утро я проснулась от того, что солнечный луч щекотал мне щёку. Зима в этих краях редко баловала ясной погодой, но сегодня небо было чистым, голубым, и свет заливал спальню, делая даже тёмные бархатные стены почти уютными. Дариуса рядом не было, но я чувствовала его через связь, через Тьму, через тепло, оставшееся на подушке.

Он был где-то в замке, спокойный и сосредоточенный.

Я потянулась, улыбаясь своим мыслям, и уже собиралась вставать, когда в дверь торопливо постучали.

— Войдите, — недоумённо произнесла я, садясь в постели и накидывая халат.

Дверь распахнулась, и на пороге возник Хоббс. Его обычно бесстрастное лицо выражало редкое для него волнение, а руки, сжимавшие край камзола, подрагивали.

— Миледи, — произнёс он, запыхавшись, словно бежал через весь замок. — Там… у ворот… гостья. Молодая леди. Она требует немедленно впустить её и… и говорит, что вы её сестра, которую удерживают здесь силой.

Я замерла.

Сердце пропустило удар, а потом забилось часто-часто.

Розалин.

Я не видела её с того самого дня, как уехала в Равенмур вместо неё.

— Я сейчас спущусь, — торопливо прокричала я, вскакивая с кровати. — Где лорд Дариус?

— Уже в холле, миледи. Он велел не впускать гостью, пока вы не придёте.

Я торопливо оделась и почти бегом спустилась в холл.

Картина, которую я увидела, заставила меня замереть на последней ступеньке лестницы.

У главного входа, сжимая в руках дорожный саквояж, стояла Розалин. Она была бледная, осунувшаяся, под глазами залегли тёмные круги, словно она не спала несколько ночей. Её золотистые волосы, обычно уложенные в аккуратные локоны, выбились из-под капора и висели неряшливыми прядями. Платье было помято и кое-где испачкано.

Сестра выглядела так, словно проделала долгий путь в страхе и отчаянии.

Напротив неё, на почтительном расстоянии, стоял Дариус. Его лицо было спокойным, руки сложены на груди, а в глазах ни тени враждебности. Только лёгкое любопытство и, может быть, тень беспокойства.

Розалин, увидев меня, ахнула. Её глаза расширились, и в них промелькнула целая гамма чувств: облегчение, страх, недоверие, надежда.

— Элис! — выдохнула она и бросилась ко мне, уронив саквояж на каменный пол.