Книга Ловушка для полоза, страница 40 – Дина Сдобберг

Так и рос Кощеюшка, как челночок-лодочка или иголочка, бегая всё время с одного края площади к другому, тонкой ниточкой связывая два мира, уклад инквизитора и ведьмин обычай.

Отец ему не препятствовал, расспрашивал только, когда сын подрос. А тот с радостью рассказывал, как его мудрый ворон резам учит, а ведьма сказки рассказывает да в зеркале своём другие земли показывает. Про угощения, что только его ждут. И про то, что любые обиды можно высказать, уткнувшись лбом в колени Ягнии, пока та по волосам гладит.

Рос и креп мальчишка день ото дня, вот уже и день настал, когда старая ведьма, пряча слëзы и волнение, протянула Касиану лично ей сшитую и расшитую искусной вязью рубашку. Молодой инквизитор уходил в первый свой поход к Разлому.

— Под доспех надевай, не жалей. От яда убережёт, от стрелы защитит. Не проникнуть сквозь этот покров ни клыкам, ни когтям, ни железу кованному, - наставляла своего воспитанника Ягнида.

— Матушка Ягния, - внимательно рассматривал вышивку Касиан. - Смотрю, непростая здесь нить. Серебро в своей крови выдерживала? Это жизнь твоя.

— А для кого мне эту жизнь беречь, Кощеюшка? Своих детей не нажила. Один ты у меня, кукушонок инквизиторский, - мягко улыбалась ведьма. - А я пока жива, сносу этой рубахе не будет. Считай, что бессмертный ты, да неуязвимый.

— Так уж и бессмертный? - обнимал на прощание старую ведьму Касиан.

Но чем дольше он на рубеже у разлома был, тем крепче становилась его вера в слова приёмной матери. В составе Зареченской дружины, так как поместье у его отца было в тех землях, как и у многих инквизиторов, небольшой отряд ордена служил под рукой Мореслава Владиморовича, боярина Зареченского.

Род его был непростым, мало кто мог посоперничать с владыками Приморскими в знатности и древности. Может и вовсе, лишь Великий князь. Ещё до того, как появилось единое Княжество полозов, предки Мореслава Владиморовича были царями Приморских и Зареченскими.

Под их властью было и побережье, и земли вдоль двух рек, впадающих в море, и на водах Дивьего моря корабли под их флагами гуляли на правах хозяев.

В память о тех временах на шлемах бояр Приморских была изображена корона над полумаской-наличником. Да имена их всегда имели морской корень. Так отец боярина был Владимором Десятым, а сам боярин носил имя Мореслава одиннадцатого. Сыновей у него не народилось, единственным ребёнком была дочь, которую приближённые боярина именовали по обычаю царевной Марьей, или и вовсе Марьей Моревной, сокращая имя отца до корня.

В тот год уж больно неспокоен был разлом, многие бояре сложили там свои головы. Братские курганы росли постоянно. А вот Касиан всё был невредим. Уже и те, кто о рубахе-оберëге ничего не знал, звали его Бессмертным.

Глава 16

Вспомнил Касиан и о том дне, когда пришёл их черёд в дозор заступать. Небольшая крепость, что ближе всех была к разлому, была надёжно укреплена. За сменой воинов следил сам Горыня Добрынич, ближайший родич Великого князя, брат жены его, Великой княгини.

— Срок походу и ратной службе нашей подходит, - хлопал он по плечу боярина Мореслава. - Отстоим здесь положенную седьмицу, и до отчих домов отправимся.

— Тебе-то явно не терпится, - усмехался в бороду боярин. - Слышал дочь у тебя недавно родилась?