Книга Наказание для инквизитора, страница 74 – Яна Смолина

Марсель окончательно спал с лица. Не дожидаясь, пока он дойдёт до кипения и выскажет нахалке всё, что думает о ней и её предсказаниях, я вмешался:

— Полагаю, за вход уплачено? — девушка с улыбкой отстранилась. — Мы пришли вернуть лошадь, которую неделю назад забрали ваши люди.

— Как⁈ — девушка настолько искренне изобразила обиду, что я на миг растерялся. — Роми, Сарго! Вы слышали⁈ Этот человек сказал, что мы воры! Немыслимо! Всем вокруг известно, что ардааны честные люди и ни разу в своей жизни никто из них ничего не украл!

На последних словах из ближнего шатра вышли двое. Крепкие, коренастые, с недобрыми глазами. Каждый из них был подпоясан ремнём со вставленным в него кинжалом, а в руке нёс палку.

Мы не испугались. Что дубина и нож, когда ты маг. И всё же следовало быть настороже.

— Отойди, Мария, — сказал один из них, кладя руку на плечо девушки. — Мы сами разберёмся, враги к нам пожаловали или гости. Так что, — человек поставил ногу в сапоге на пень и упёрся локтем в колено, не переставая помахивать дубиной. — Повторишь свои слова, чужак, или подумаешь хорошенько?

Я сделал шаг ему навстречу, показывая, что не боюсь.

— Прежде чем что-либо говорить, позвольте представиться, — начал я. — Меня зовут Дамиан Сорель. Я глава местной инквизиции и потомственный маг. Ссориться с вами я желаю меньше всего, господа. А потому повторяю свою просьбу. Верните лошадь, которую вы забрали неделю назад от разбитой телеги.

— Немыслимо! — возопила вдруг какая-то женщина позади, обращая внимание зрителей от мала до велика. — Он назвал нас ворами! Поди прочь, негодник! Мы чужого не берём!

Гомон поднялся вдруг такой, что перекрикивать его не имело смысла. На нас наступали со всех сторон, кричали, размахивали руками, ножами и дубинами. Но когда щелчком пальцев Марсель поймал на лету устремлённый прямо ему в голову камень, люди разом умолкли.

К тому моменту меня изнутри колотило.

Что за люди? Знают ведь, что я прав, но в жизни не признаются в преступлении. Зато сплочённые на зависть и своих бандитов выгораживают до последнего. Вот только с магами глупо вступать в борьбу. Особенно если сам не маг.

Сверкнув серебристым всполохом, камень рассёкся на множество мелких кусочков и упал к нашим ногам. Переведя взгляд исподлобья с него на людей, многие из которых не на шутку испугались, я с шумом выпустил из лёгких воздух.

— Сейчас я не стану выяснять, кто это сделал. Спишем всё на невежество кочевых народов. Важно другое. Вы забрали то, что вам не принадлежало. Рядом с лошадью не было хозяина, когда вы её нашли. Но это не значит, что его в принципе не существует. Лошадь принадлежит торговцу, который больше не может возить товар. И даже если вас это мало волнует, не нужно строить из себя дураков и делать дураков из нас. Я заберу то, за чем пришёл, хотите вы этого или нет. Пусть даже мне придётся разрушить ваш хрупкий мирок. В последний раз прошу по-хорошему: приведите лошадь. И мы уйдём.

Кто-то из мужчин выругался грубо, но его тут же оборвали.

— Успокойся, Мирон, бестолковое отродье, — голос принадлежал женщине. Старой женщине, лица которой я не видел до тех пор, пока она не вышла, разрезая толпу. Маленькая, горбатая, на вид такая же древняя, как генерал, она имела один глаз абсолютно белый и смотрела на мир здоровым, кося головой. Одетая так же пёстро, как и другие женщины, она опиралась на палку, переваливаясь на ходу.