Книга Измена. Я (не) справлюсь, страница 31 – Анна Янсен

— В понедельник уезжаю в командировку

И в груди вдруг неприятно сжимается. Странно. Совсем недавно он был просто соседом, с которым мы каждое утро случайно встречались в подъезде. Он желал мне хорошего дня — и день действительно становился лучше. А теперь я ловлю себя на том, что его отсутствие будет ощущаться слишком заметно.

Меня всё сильнее тянет к нему.

Чёрт… Я ведь совсем не планировала влюбляться.

— Ясно… — тихо тяну я, отводя взгляд. — Командировки — это, наверное, даже здорово.

— Будешь по мне скучать? — вдруг спрашивает он, откусывая пирожок и смотря на меня слишком внимательно.

— Буду! — смеюсь я легко, почти беззаботно.

А внутри уже совсем другие мысли.

Возможно, я скоро продам эту квартиру и уеду отсюда. Начну новую жизнь. И тогда мы больше никогда не встретимся. Почему-то эта мысль вдруг становится особенно тяжёлой.

Резкий стук в дверь заставляет нас с Мишкой переглянуться. Сердце резко ухает в пятки, потому что знаю, что это кто-то не к добру.

Поднявшись, я показываю Мише, чтобы он сидел, и иду посмотреть. В глазок смотрю и вижу Костю. Что ему надо?! Открываю дверь и смотрю на его ярый и напряжённо пугающий взгляд.

— Эль?… Можно, я зайду? — вдруг говорил он более спокойно, чем сейчас выглядит.

Но не успев ответить, слышу за спиной шаги. Миша выходит в коридор и смотрит на него с сомнением.

— Проблемы? — спрашивает Миша, и я вижу, как он тоже меняется в лице. На секунду я задумываюсь о том, что думает сейчас Костя, наверное, что Миша точно не на чай пришел. Хотя какое ему дело? У него есть беременная Диана, и колебать это не должно. Но всё ещё с привычки мне становится неловко.

Но Костя вдруг бросается в квартиру, снося меня с пути и, схватив за шиворот Мишу, начинает орать:

— Ты что делаешь у моей жены дома?! — рычит он, сорвавшись почти в истерику.

— Ай! — вскрикиваю я, ударяясь о дверной косяк.

Но Костю будто срывает с цепи. Он даже не смотрит на меня — его взгляд прикован к Мише. В следующую секунду он кидается на него так, словно застал нас за изменой.

— Что ты творишь?! Отпусти его! Что ты хочешь?! — кричу я, сердце колотится в груди.

Миша действует быстро: ловко заламывает Косте руки, прижимая его к стене.

— Ты совсем идиот?! — шипит он. — Ревность вдруг проснулась?! Ты вообще видел, что ты только что сделал?! Ты Элю толкнул! Ты её покалечить решил?! Скажи спасибо, что я тебе не свернул шею, когда она ногу подвернула!

Костя дёргается, вырывается, между ними начинается настоящая возня — злая, неконтролируемая.

— Я хочу с ней поговорить! — орёт он. — Она, между прочим, ещё моя жена! Эля, скажи ему, чтобы вышел! У меня к тебе разговор!

Я сжимаю кулаки. Я не хочу с ним говорить. Ни сейчас, ни вообще. Но понимаю — если не дать ему выговориться, он не уйдёт.

— Хорошо, — говорю я наконец, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Только о чём нам говорить, Костя?

— Пусть он выйдет, — он кивает на Мишу, сверля его злобным взглядом.

— Я не оставлю Элю с тобой! — взрывается Миша. — Ты неадекватный! Ты только что её задел!

Я делаю глубокий вдох. Надо остановить это безумие.

— Миш, — тихо, но уверенно говорю я. — Десять минут. Я обязательно тебе позвоню. Всё будет нормально. Прости за эту… неловкость.

— Неловкость?! — тут же взрывается Костя. — Ты серьёзно?! Эля, у тебя что, с ним что‑то есть?!