Книга Любовь с шипами, страница 20 – Дэни Маниэро

Её платье, сотканное из ночи и предательства, переливалось золотыми нитями, сплетёнными в узоры, похожие на паучьи сети.

Два солнца — Кассиан слева в чёрной мантии с серебряными змеями, Эдрик справа в камзоле цвета застывшей крови — отражались в тысячах осколков разбитых зеркал, подвешенных под потолком.

Скипетр в её руке, вырезанный из кости древнего дракона, пульсировал тёплым светом.

Говорили, что в его сердцевине заключена душа первого короля Артжении. Лола сжала рукоять сильнее, чувствуя, как энергия струится по венам.

— Три головы дракона, — прошептал кто-то в толпе.

Шёпот пополз по залу, как яд по жилам, смешиваясь со звоном цепей на колоннах — символов единства, скованного насилием.

Кассиан возложил на её голову корону из шипов. Зубцы впились в кожу, и кровь заструилась по вискам, смешиваясь с позолотой. Эдрик обвил её талию цепью с аметистами — некогда ошейником Алирии, переплавленным в оковы новой эры.

— Королева Хаоса, — провозгласил он, и зал взорвался ропотом.

Где-то в толпе упала женщина, задавленная толпой, но её крик потонул в рёве одобрения.

В покоях, куда они ворвались, сорвав двери с петель, пахло ладаном и грехом. Лола откинула голову, чувствуя, как Кассиан срывает корону, увлекая за собой пряди волос. Золото упало на пол с глухим стуком, а шипы оставили на лбу узор, похожий на руны.

Довольна? — Его губы коснулись раны, слизывая кровь. Вкус металла и власти.

Это только начало, — она потянула Эдрика за шейный платок, заставляя упасть на колени.

Шёлк порвался с шелковистым шорохом, обнажив шрам в форме полумесяца — след от её собственного кинжала.

Он рассмеялся, целуя её висок, пока пальцы расстёгивали корсет, расшитый кристаллами слез:

Нас ждёт тысяча лет... - зубы впились в плечо, оставляя отметину поверх старого шрама, безумия.

Кассиан развернул её к себе, впиваясь в губы так, будто хотел вырвать душу. Лола укусила в ответ, захватив контроль над поцелуем, затем оттолкнула обоих.

— На колени. Оба.

Они подчинились, но не как рабы — как хищники, затаившиеся перед прыжком. Лола прошлась между ними, касаясь концом скипетра по их телам. Холодная кость скользила по шее Кассиана, заставляя его вздрогнуть, затем опустилась на грудь Эдрика, очерчивая контур сердца.

— Ты..

— Эдрик рванулся схватить её за лодыжку, но получил удар скипетром по пальцам.

Я сказала: не двигаться.

Кассиан застонал, когда костной наконечник коснулся его пояса. Лола присела перед ним, медленно расстёгивая пряжку губами. Его дыхание стало прерывистым, но в глазах читался вызов — он всё ещё считал себя хозяином игры.

Твоя очередь, — она повернулась к Эдрику, бросая кинжал к его ногам. — Сними с него одежду. Или я сниму твою кожу.

Эдрик рассмеялся, разрывая рубашку брата. Шрамы на груди Кассиана — карта их общей истории — вздымались от учащённого дыхания. Лола провела лезвием по животу Эдрика, оставляя тонкую алую линию.

Теперь ты, — она прижала клинок к губам Кассиана. — Скажи, чего хочешь.

— Тебя, — выдохнул он, но она вогнала лезвие между его пальцев в пол, в сантиметре от вены.

— Неправда. Ты хочешь контроля. — Она села на него, не давая пошевелиться. — А ты... взгляд скользнул к Эдрику, хочешь хаоса. Получите.

Их тела сплелись в безумии, где боль и власть стали единым языком. Лола правила ритмом, заставляя Кассиана кусать плечо, а Эдрика — впиваться ногтями в шрамы на её спине. Когда они кончили, это было похоже на битву — пот, кровь и обрывки клятв смешались на полу, как узор на ковре из чертополоха.