Книга Загадка неприкаянной души, страница 77 – Ирина Грин

Мог Герасимов иметь какие-то дела с Евой? Явно не амурные, так как, по словам Щедрого, Ева ударила ножом жену любовника в Матвеевске. Хотя, если принять во внимание путаницу с прежними хозяевами квартиры, где в настоящий момент проживала Алена с сыном, все может быть. Мутный тип Герасимов мог жить на две семьи. Опять же, Алена утверждает, что супруг поддерживал связь с родителями, но Лебедев не нашел следов этой связи в истории звонков.

Иван посмотрел в зеркало заднего вида на Лебедева. Тот, отложив открытый ноутбук на соседнее сиденье, с кем-то переписывался в смартфоне.

— Чем занимаешься? – грозно спросил Рыбак.

— Да так. – Федор запнулся, придумывая, что бы такое сказать, положил ноутбук на колени. – Я просматриваю записи с камеры наблюдения на перроне, пытаюсь найти, как Герасимов уехал из Новоракитинска.

— Ну и как?

— Пока никак. Объем очень большой.

— А как проверить, сколько номеров телефона зарегистрировано на Герасимова?

Лицо Лебедева выражало крайнюю растерянность.

— Думаете, у него есть еще один?

— Подозреваю.

— Попробую что-нибудь придумать…

«Придумает». – Иван был на 99 процентов уверен, что Лебедев с этой задачей справится.

— Кстати, ты не мог бы сделать распечатку звонков Евы Королевой?

— Тоже за пять лет?

— Можно хотя бы за последние полгода, например.

— Думаете, Герасимов мог ей звонить с этого своего второго телефона?

— Как вариант.

— Попробую. А у Щедрого не хотите попросить? У него наверняка уже есть.

«Логично, – подумал Иван и уже было потянулся к телефону, как тот зазвонил сам. – Щедрый», – прочитал Рыбак и поспешно чиркнул пальцем по дисплею.

— Привет, Андрей!

— И тебе не хворать.

— Мы тут как раз о тебе вспоминали. – Иван посмотрел в зеркало заднего вида на Лебедева, и тот закивал, словно Щедрый мог его видеть.

— Надеюсь, по-хорошему? – усмехнулся майор.

— Разумеется. Скажи, у тебя, случаем, нет детализации звонков Евы Королевой?

— Запрос ОПСОСу^[8] отправили, ждем. А тебе зачем?

— Сам не знаю, на всякий случай.

— Как будет, я тебе скину. Или ты мне, если раньше разживешься. Лады?

— Лады. Ты чего звонишь?

— Я парням в Симферополе позвонил, попросил, чтобы тебя подстраховали на всякий случай. Телефончик тебе скину, набери, если что, хорошо?

— Это тебя Молчанов попросил?

— Обижаешь, я сам, уж очень вы с Лебедевым ценные кадры.

Федор на заднем сиденье радостно захрюкал.

— А в целом как дела? – спросил Иван.

— Да никак. Тетка Королевой наотрез отказалась приехать племянницу опознавать. Видите ли, известие о смерти девушки подкосило ее здоровье настолько, что она даже из дома не выходит. Сейчас хочу съездить по месту регистрации Евы. Понимаю, что там живут чужие люди, но вдруг повезет. В парк только зря пошел утром – ларек кофейный закрыт наглухо, никаких Айзеков. Бабуля вроде была так убедительна, я купился. Замерз, ног не чую. Попадись мне эта местная мисс Марпл!

Щедрый отключился. Телефон тут же пискнул – Щедрый не забыл сбросить контакт своего человека в симферопольской полиции. Это хорошо, хотя, дай бог, чтобы не пригодилось.

Мария Анатольевна варила суп – ничего особенного, чечевичный легкий супчик с шампиньонами. Чечевицу она непременно брала красную, та нежная и очень быстро варится. В духовке доходили котлеты, на диване, завернутая в газету и укутанная в одеяло, ждала своего часа кастрюля с гречкой. Осталось мелко нарезать зелень, дать закипеть, и супчик готов. Затем забрать девчонок из школы – тут недалеко, школа буквально в двух шагах. Валюшка ругается, говорит, большие уже, пусть сами ходят, а Марии Анатольевне только в радость прогуляться. Софа Валюшку поддерживает, ты что, говорит, до пенсии будешь правнучек за ручку водить? А что? Надо – и поводит. Та же Софа жаловалась, что и хотела бы погулять на свежем воздухе, да нет цели, чтобы выйти из дома. А за просто так зачем обувь трепать да суставы стирать? Говорит, что у каждого человека есть свой ресурс, сколько шагов‑километров он может пройти. Приблизился к черте, и посыпался организм – то там откажет, то там, как в автомобиле. Одним словом, экономить нужно ресурсы. Мария Анатольевна с этой философией не согласна. Она наэкономила в свое время. Все откладывала на черный день копеечку, покупала только самое насущное. Кафе? Рестораны? Упаси боже, дома вкуснее, да и неизвестно, из чего они там готовят, небось по дешевке просрочку скупают. Такси? Наши люди в булочную на такси не ездят. На курорт куда поехать? Зачем? Хочешь поплавать – иди в парк, на Ведьмино озеро. Валюшку, правда, три года подряд отправляла в пионерский лагерь на Азовское море. На свадьбу Валюшки и Алексея скинулись со сватами, продали двушку, где жили, почитай, всю взрослую жизнь, и купили четырехкомнатную квартиру. Мария Анатольевна тогда еще работала, думала, накопит на старость, да не вышло. Остатки внучке на свадьбу подарила. Им, молодым, нужнее. Спасибо зятю, живет, не думая о завтрашнем дне. Так чего же не помочь им с дочкой хотя бы в такой малости, как за правнучками последить? Вот выйдет Валюшка на пенсию, тогда можно будет хоть весь день смотреть телевизор. Мария Анатольевна прислушалась к себе: как отзовется в голове эта мысль? Никак не отозвалась. Чужая она, противная всему деятельному естеству.