Книга Загадка неприкаянной души, страница 108 – Ирина Грин

— Я еще не совсем в детство впала, чтобы снова на горшок ходить! – возразила Мария Анатольевна, потихоньку сползая с кресла. – Можно я все-таки по-взрослому? – Она ухватилась за ручку двери и, не дожидаясь ответа медсестры, проскользнула в туалет.

— Не закрывайтесь только, – напутствовала ее медсестра.

Жидкое мыло в туалете пахло розами. Надо же, Алексей оплатил отдельную палату. Не пожалел денег! Все-таки замечательный у нее зять! Она вспомнила, как раздражал ее Алексей, когда сразу после свадьбы обосновался в их квартире. Конечно, она могла заставить его жить по своим правилам, но не стала. Приняла таким, как есть. Сказала себе: зять у меня хороший. Хороший! И вот результат. Наверное, слова Ходжи Насреддина «Сколько ни говори: «халва, халва», во рту слаще не станет» касаются только халвы. А может, кроме слов нужна еще вера в то, что в каждом человеке обязательно найдется что-нибудь хорошее. И если это хорошее постоянно холить и лелеять, то оно обязательно даст плоды.

Мария Анатольевна легла на кровать – надо же, кровать просто космическая какая-то. В роддоме, где она рожала Валюшку, кровати были с панцирными сетками, растянутыми до такой степени, что прогибались почти до самого пола. А тут – хоть не вставай совсем. Но вставать надо, небось ее лежание в копеечку обходится. Лучше правнучек на весенние каникулы свозить куда-нибудь на эти деньги. Или внучке в Москву отправить. Как они там, в Москве этой? Совсем одни.

Мария Анатольевна почувствовала, что еще миг – и она заплачет, но тут дверь открылась, и в палату вошел доктор.

— Как самочувствие? – спросил он.

— Отлично! Я бы уже домой хотела пойти, – доложила Мария Анатольевна.

— Пойдете, обязательно пойдете. – Доктор поводил у носа пациентки блестящим молоточком, попросил достать указательным пальцем до носа, откинул одеяло, постучал по коленкам, по локтям. – Обязательно пойдете. Только не сегодня. Полежите до завтра, а там видно будет.

— А можно мои зайдут ко мне?

— Не можно, а нужно. Только с тремя условиями: не больше двух человек одновременно, – доктор загнул большой палец на левой руке, – не больше пяти минут, – указательный палец лег на большой, – и через пять минут чтобы духу их не было в отделении. У нас тут все-таки больница, а не вокзал.

Первой зашла Валюшка со старшей правнучкой. Поохала, повздыхала. Про тапочки Мария Анатольевна говорить не стала – завтра обязательно уговорит доктора, чтобы отпустил ее домой. Зятя Алексея, сменившего Валюшку у постели тещи, она сдержанно поблагодарила, не удержалась, попеняла-таки за лишние траты.

Следом за зятем зашел тот самый мужчина, которого Мария Анатольевна заметила в коридоре. Она было подумала, что он из полиции – уж слишком лицо знакомое. Хотя нет, в полиции она видела только охранника да майора Щедрого с товарищем. Напрягла мозги и вспомнила: это же его она видела, когда шла в парк. Это же он ее ударил! Глаза заметались по палате в поисках хоть какого-нибудь средства защиты. Судно! Стоит совсем близко: руку протяни – и достанешь. В прошлый раз ему повезло – сзади подкрался, а сейчас она во всеоружии. Еще шаг, и огребет по полной. Будет знать, как нападать на беззащитных женщин.

Не сводя глаз с посетителя, Мария Анатольевна потихоньку подвинула руку, чтобы половчее схватить средство обороны.