Книга Да, господин депутат, страница 65 – Роман Путилов

— Мирные должны дома сидеть, а это групповое нападение, угрожающее нашим жизням и здоровью, а также, иными тяжкими последствиями. Автомат дай, я за все отвечаю.

— Не дам. — отрезал идиот Николай и отступил еще два шага.

— На. — в руку мне ткнулся разложенный приклад «коротыша» — Давид Левин торопливо стягивал с головы, зацепившийся брезентовый ремень: — Разнылся тут. Пашка сказал, что он отвечает, значит отвечает.

Ну да, Давид Гоцман, то есть, простите, Левин, видимо, имеет связь с исторической родиной и там, если будешь вести себя как Николай, умрешь очень быстро. Придурок Небогатов даже попытался вырвать у меня оружие, но, кто его оттаскивал, я уже не видел. Я шагнул вперед, проверил, как выставлен прицел, передернул затвор, вскинул оружие и дал две короткие очереди над самыми головами людей. Боялся ли я? Да я чуть не обосрался от страха в этот момент. В советского и российского милиционера намертво вбит запрет стрелять в граждан, чем эти граждане прекрасно пользуются. Да, если моя пуля попадет в голову женщины или ребенка, я сяду, в любом случае, причем не пожизненное, чтобы не писали в наших законах. Вот только, последствия того, если я не выстрелю, будут в десятки раз хуже.

Ветер постепенно отнес в сторону дымок от сгоревшего бездымного пороха, я поднял ствол автомата вверх и внимательно смотрел на лежащую, кричащую, расползающуюся и бегущую в сторону деревни, толпу. Еще минуту назад, уверенная, несокрушимая готовая убивать и умирать, человеческая масса, действующая, как единый организм, человеческая масса, почувствовав дуновение, пролетающих в каком-то полуметре, от головы, пуль, мгновенно превратилась в испуганное стадо, каждое существо в отдельности, очень хотело жить. Через несколько минут дорога вновь была пустой, лишь чернела в колее чья-то шерстяная шапочка, а еще дальше, метрах в трехстах, ближе к Журавлевке, буксовала, уткнувшись мордой в сугроб и бестолково шлифуя лед покрышками, черная «Волга» ГАЗ-24, и я кажется, знаю, кто в этой «Волге» пассажир.

Сложные переговоры.

Февраль 1996 года. Город. Окрестности деревни Журавлевка.

— Ну здравствуй, Магир- ака… — я распахнул заднюю дверь «Волги», водитель которой уже понял, что самостоятельно его машина из ледового плена не выберется и теперь просто сидел, закончив насиловать машину: — Давай, вылезай, сейчас я тебе помогу, а то засиделся ты в машине, вон как скрючило тебя.

— Вижу приподнялся ты, «Волгу» черную приобрел.

— Ты тоже, Павел, я вижу поднялся, большой начальник стал, столько людей под твоим началом. Согласен, многое изменилось за прошедшее время. О семье тебя расспрашивать не буду, она у тебя слишком большая, можно до вечера проговорить… Кстати о семье! Ты почему и куда вчера мою жену послал?

— Какую жену? Какая-то баба приходила, бумагами махала, я в этих бумагах ничего не понимаю…

— Магир — ака, ты мне сам в прошлые наши встречи рассказывал, что у тебя высшее образование, и ты учителем работал, поэтому про то, что ты в этих бумажках ничего не понял, это наглое и неприкрытое вранье.

— Она не должна была так со мной разговаривать! — надулся, как индюк, старик.

— И поэтому ты за ней своих парней послал? Они ей машину разбили, хотели из машины вытащить. Скажи мне, Магир-ака, зачем твои парни хотели мою жену вытащить из машины? Я думаю, что мы оба знаем ответ на этот вопрос…