Книга Да, господин депутат, страница 14 – Роман Путилов

— Ну что сказать, молодчик. — я пожал руку, зардевшемуся от смущения, помощнику — Единственный совет — набей полки в шкафу бумагами поплотнее. Тогда пули будут в них застревать, а так молодец, все правильно сделал. А теперь давай свои пиджаки, и я поехал опять встречаться с избирателями.

Н-да. Пиджаков у Матвея оказалось ровно пять, и я сгреб их в большую спортивную сумку, после чего двинулся на выход. На первом этаже охрана из пенсионеров — фсбешников только покосились на мой баул, но проверять не стали, наверное, поленились, а я двинул в сторону метро, чтобы добраться до финансовой корпорации «Южный крест».

Первый опыт.

Декабрь 1995 года. Город. Сердце Города. Мэрия. Кабинет депутата Громова.

Эй, Матвей! — я постучал по шкафу с папками, за которым шуршал, как большая мышь, мой помощник: — Выходи получать подарки к Новому году тот, кто хорошо вел себя в этом году.

Видимо с подарками моего помощника было туго, так как из своего укрытия он выглянул очень насторожено. Видимо, что судьба бедолагу Матвея особо не баловала. Одно название «Я работаю в мэрии!», а на поверку — сидишь в комнатке без окон, а на тебя, за шиворот, еще капает ржавая вода из проложенной под потолком трубы.

— Ну-ка, примерь. — я сдернул с рук помощника черные нарукавники, которые сегодня он натянул на рубашку с длинными рукавами, и, не обращая внимания на протестующий крик Матвея, сунул нарукавники за батарею. Будут вместо тряпок, а то пыль нечем вытереть.

— Ну как? — я вертел обряженного в пиджак Матвея, весьма довольный результатом. Мне вчера пришлось провести в ломбарде три часа, где половину времени мне пришлось уговорить прекрасную скорнячку Тамару Белову оторваться от выдачи денег населению и облагородить невзрачные пиджаки моего помощника элбороу-пэтчами. Заковыристое название, правда? Сам вчера охренел, когда специалист по коже и меху объяснила мне, как называются заплатки на локтях. Я, кстати, в этом мире пока такого не видел, лишь пару раз в кино, на великолепных пиджаках элегантных джентльменов. И вот теперь, на пиджаках моего помощника блестят различными благородными оттенками кожи эти самые элбороу-пэтчи. Когда Матвей понял, что произошло с его одеждой, он подхватил все пиджаки в кучу и выбежал из кабинета. Надеюсь, что он не настолько зашоренный малый, чтобы отпороть такую красоту, хэнд-мейд, от массовых и унылых моделей Городской швейной фабрики.

Примерно через полчаса в дверь кабинета осторожно постучали.

— Заходи, не бойся. — гаркнул я и на пороге появились три «богатыря». Впереди дались два приятеля Матвея, со своими счетоводными нарукавниками, особенно жалко выглядевшие на фоне, подталкивающего их, Матвея, который, как будто, за столько короткий срок стал выше ростом и гораздо уверенней.

— Здравствуйте, господа. С чем пришли? — я доброжелательно смотрел на коллег Матвея.

Те переглянулись растеряно, и наконец, тот, что справа, выпалил:

— Павел Николаевич, а нельзя нам сделать также, как у Матвея?

— Сделать также что? Отобрать нарукавники и на ветошь их пустить? Можно.

— Нет, ну то есть да, на ветошь, а еще заплаты вот такие пришить. Мы заплатим, нам скоро премию обещали.

— Парни, у нормальных людей принято к Новому году дарить друзьям подарки. Мы ведь друзья? Вот и славно. Приносите свои клифты и будут вам заплаты не хуже, чем у Матвея.