Книга Да, товарищ лидер фракции, страница 61 – Роман Путилов

Глава четырнадцатая.

Демократы наносят ответный удар.

Июль 1996 года. Измайлово. Автопарковка.

В сегодняшней операции против Центрального комитета парламентской партии, самой крупной, из представленных в высшем законодательном органе, видимо принимали участие самые мотивированные из московских спецназовцев — классовая ненависть из них так и рвалась наружу. Ребята были либо потомственными «беляками», или денежная тумбочка Рыжова и Ко продолжала работать, перекачивая никем не учтенную наличность в карманы заинтересованных лиц. Самое смешное, что при данном действе присутствовали съемочные группы основных каналов, которые, на несколько камер, снимали, как дядек, в основном среднего и старшего возраста, ставили в неустойчивые позы, как каких-то измайловских бандитов, пиная тяжелыми берцами по ступням, чтобы плененные большевики ставили ноги как можно шире, что у них аж брюки трещали. Власти, действуя с неслыханной жестокостью, то ли хотели показать, какие это опасные бандиты, то ли хотели запугать партийных чиновников. Скорее всего, телевизионная картинка потом будет дополнена грудами изъятого оружия, пакетами с наркотиками и фашистской литературой, типа «Моей борьбы», которая, по сведеньям вонючей газеты «Боже, дай мне», является настольной книгой всякого, уважающего себя, большевика.

К моему удивлению, Кирюхин только скрипел зубами, сидя на заднем сиденье джипа и не отрываясь, глядя на экзекуцию. Никаких «На их месте должен был я» и «Пустите меня, хочу за правду пострадать вместе со своими товарищами» — Кирюхин просто смотрел, запоминая происходящее и переполняясь гневом. Продержав почти час задержанных в полусогнутом униженном состоянии, на потеху обитателей офисов гостиничного комплекса, большевиков стали загонять в подогнанные «автозаки», набивая тесные металлические коробки кузовов, поплотнее, почти, как вагоны метро города Токио в час пик.

— Ну что, поехали…- когда колонна «автозаков» потянулась с автостоянки, Кирюхин обессиленно откинулся на спинку сидения.

— Поехали. — согласился я и двинулся вслед за колонной милицейских машин.

— Ты куда нас повез? — всполошились мужики, поняв, что я еду вслед за милицейской колонной, впрочем, держась от замыкающей машины на почтительном расстоянии.

Я хотел пошутить, что везу коллег по партии сдавать в лапы сатрапов демократического режима, но шея сзади, куда меня не так давно тыкали шилом наркоманы, заныла болью, и я прикусил язык, посчитав, что текущая обстановка в салоне джипа к подобным шуточкам не располагает — камрадам моя шутка может не зайти.

— Расслабьтесь, товарищи, хотел бы вас сдать, давно бы сдал. Встанем возле отдела милиции, и будем наблюдать, куда наших товарищей дальше отправят…

Москва. Измайлово. Окрестности Первомайского отдела милиции.

Выпускать партийцев из милиции стали примерно через пять часов. К тому времени новый Генеральный секретарь большевистской партии со своими «ближниками» уже покинули салон моего автомобиля, заверив меня, что свяжутся со мной в самое ближайшее время.

Чем я занимался в остальное время? В, основном, видеодокументалистикой. Прикупив в ближайшем «комке», который торговал всем, чем только можно и даже нельзя, пару чистых видеокассет, я достал из багажника свой «тревожный» рюкзак, в котором кроме прочего лежала и видеокамера, после чего принялся ждать. Выпускали задержанных по одному, а я их перехватывал и, усадив в салон джипа снимал короткие интервью, задавая вопросы — «Какую должность занимаешь в большевистской партии?» «Сколько лет?», «Били или нет?», «Кто бил и в каком кабинете?», «Что требовали, о чем спрашивали?», «Какие дал показания?».