Книга Да, товарищ член контрольной группы, страница 110 – Роман Путилов

Собаки уже вовсю «мели» хвостами, опознав меня в заросшем БОМЖе, но, косясь на Ирину, ко мне не кидались.

— Загляни в мешок. — Мне удалось распустить туго затянутую петлю на горловине одного из вещевых мешков, и я протянул военное имущество Ирине.

— Громов, я не люблю речную рыбу, и даже если ты принес с рыбалки полный мешок золотых рыбок или кто там желания исполняет, свою сорванную свадьбу я тебе никогда не прощу.

Твою мать, свадьба, которая не спела и не сплясала! Пока я пытался спасти Родину и воткнуться в Верховный Совет, подошел срок нашей с Ирой свадьбы, про которую она мне напоминала, а я… А жених на свадьбу не явился, жених в этот день как раз ехал возле матушки Волги. Но если Ирина узнает, что дата церемонии у меня просто вылетела из головы, она мне этого точно никогда не простит. Оставалось только одно — импровизировать и выкручиваться.

Со стоном я встал с колен и перевернул развязанный мешок, высыпая содержимое перед ногами моей несостоявшейся жены.

Ее глаза над было видеть — Ирина замерла, глядя себе под ноги, на приличную кучу денег Североамериканских Соединенных Штатов, упакованных в плотные пачки. Рядом с содержимым первого вещевого мешка на увесисто пол упали два оставшихся.

— Там тоже самое. — самым горьким тоном произнес я.

— Громов, скажи мне, что это чеченские доллары, и они не настоящие. — еле слышно прошептала Ирина.

— Самые настоящие. — отказал я в просьбе своей невесте (или уже нет?).

— Паша, ты из-за них на свадьбу не приехал? — прошептала Ирина, глядя на меня странным взглядом.

— Ира, это тебе свадебный подарок. Но, по дороге меня нашли бывшие хозяева этих бумажек, и выбора у меня уже не было. — еле слышно прошептал я: — Пришлось уходить через Северный Урал, почти у Полярного круга. Прости, что опоздал на наш праздник.

— Паша, нас же убьют за такую сумму. — Ирина зажала рот ладошкой.

— Нет, никто за ними не придет. Все остались там… на Северной Урале. — я осторожно шагнул к Ирине и коснулся ее руки: — Их, уверен, уже дикие звери по косточкам растащили.

— Паша… — Глаза моей любимой блеснули влагой, и она шагнула ко мне, крепко стиснув руками мою шею, и я понял, что меня, кажется, простили.