Книга Цветы дикой груши, страница 4 – Алеся Кузнецова

— Может, и не случайно зашел, раз такие гости приехали. Как здоровье французского супруга? И, кстати, где он?

— Ая здесь не с мужем. Вы разве не знаете?

— Нет? А что я должен знать? До нас международные новости не сразу доходят. Да и я такую прессу не читаю.

Эва заметила, как немного дернулось веко ее старого знакомого на этих словах и поняла, что хоть они и не виделись больше полугода, следователь Савицкий, скорее всего, должен быть осведомлен обо всех подробностях ее громкого скандального развода с Арно.

— Я с Федором.

— Надо же. Вот это неожиданность. — В голосе капитана что-то мелькнуло, но Эва пока не хотела вникать ни во что, кроме своего отпуска и просто подставляла лицо прекрасному утреннему солнышку. Нет, в его голосе чувствовалось не осуждение… Мысли возникали сами собой. Сначала она им противилась, но уже через мгновение поймала себя на том, что обдумывает: что же такого необычного она заметила в ровном тоне следователя?

Возможно, просто фраза была слишком личной для его должности. Возможно, та история на всех повлияла, просто каждый проживал это по-своему.

Савицкий облокотился на ствол старой яблони, и Эва услышала, как под его ногой хрустнула ветка. Она чуть вскинула подбородок.

— А что именно вас так поражает, капитан? Что я не одна? Или что не вернулась к человеку, который, как выразилась «та пресса, которую вы не читаете», слил нашу жизнь в публичную канализацию?

— В тех газетах, которые я не читаю, — усмехнулся капитан, пропуская через пальцы молодую ветку с еле набухшими почками, — намекали, что информацию слили вы. А ваш французский муж скорее предпочел бы попасть в тюрьму, чем в газеты с такой историей.

— Да, он пытался замять дело до последнего. Даже, когда вы прижали его к стенке. И раньше я бы наверняка тоже не стала выносить сор из избы. Кажется, так у вас говорят, да?

— Ваш русский приобрел новое звучание.

— У меня было время и возможность его отточить до безупречности с моими новыми друзьями.

— Другом, вы хотели сказать, — поморщился Савицкий.

— Друзьями. А Юля не говорила? А впрочем, не стоит…

— Что?! — капитан буквально открыл рот и вышел из-под яблони на дорожку. Он выглядел теперь невероятно смешно и немного нелепо. Савицкий дернул плечом, будто хотел отмахнуться от ее слов, но не стал ничего говорить.

— Не важно. Эта история… все, что здесь случилось… — Эва обвела глазами величественный замок Амброжевских, у стен которого они вели эту странную беседу и снова посмотрела на старого знакомого. — Мы все стали другими. На вас она тоже подействовала.

— Нет.

— Да. У вас выражение лица стало больше похоже на человеческое. — уверенно кивнула Эва. — И не спорьте. А Юля … Странно, что вы все посмотрели прямо у себя под носом. Этой фразе меня, кстати, тоже она научила.

— Лучше бы работой занималась, чем всеми этими вашими…

— Почти читаю ваши раздраженные мысли по поводу того, что ваша помощница у вас за спиной посмела общаться с вашей же бывшей подозреваемой. Вы слишком, эгоцентричны, капитан.

— Не выдумывайте! Лучше за своими помощниками следите, а не за моими.

Она вдруг поймала себя на мысли, что раньше никогда не видела его без роли.

— За своими тоже стоит. Кстати, спасибо, что тогда открыли глаза на то, чем занимались мой помощник и Арно у меня за спиной. Кто же мог подумать, что мой аристократ может быть замешан в мошенничестве международного уровня? А газеты, которые вы не читали, — Эва сделала ударение на этом и улыбнулась, — они публиковали выдержки из нашей жизни буквально наперегонки, забывая об этом неудобном факте. Это вам ответ на то, кому были выгодны те инфосливы. Я даже в магазин не могла выйти.