Онлайн книга «Тень княгини»
|
Несколько лет она не решалась узнать только одного. Но когда на лице наросла новая кожа, стянутая безобразными шрамами, она все же решилась и теперь знала. Ратибор, вернулся из похода спустя три месяца. Князь едва не сошел с ума от горя. Долго Ратибор отказывался жениться на привезенной матерью юной княжне. А потом все же женился. И теперь растил Светозара — их общего сына — вместе со своей славянской княжной. Больше Тень не позволила себе спрашивать. Ей не было места в том мире. Значит и вопросы ни к чему. Хватит с нее знать, что сын жив и здоров. Судорожный, рваный вдох разорвал тишину. Донна резко открыла глаза, и тяжелое деревянное весло со стуком выскользнуло из ее ослабевших пальцев, ударившись о борт челна. Она не была в горящем тереме. Огня не было. Только ледяной, пробирающий до костей утренний туман над черными водами Ясельды. Старики говорили, что по этим водам когда-то шли купцы с янтарем, связывая холодные балтийские берега с богатым югом. Тяжелые ладьи и легкие северные суда неспешно скользили между низких берегов, нагруженные драгоценным солнечным камнем — застывшими слезами древних сосен. Его теплое медовое свечение словно впитывалось в эти болотистые земли, где за янтарь, воск, мед и меха брали серебро, ткани и заморские редкости. Река всегда пахла жизнью, смолой, мокрым деревом и чужеземными кострами. Но в это серое утро Ясельда была неестественно, пугающе мертва. Она не сулила ни богатства, ни надежды. Туман поглотил их жизнь, оставив лишь холод и липкое предчувствие надвигающейся беды. Донна сидела на корме крошечной славянской лодочки-долбленки, тяжело дыша под плотным черным покрывалом. Пальцы, сжимавшие влажное дерево лодки, побелели. Она только что застонала. Впервые за столько лет эта страшная, изувеченная память прорвалась сквозь ее немоту. На носу лодки, кутаясь в шерстяной плащ, обернулась княгиня Мара. Она с тревогой посмотрела на свою Тень. — Донна? — шепотом спросила Мара, пытаясь разглядеть хоть что-то за черной тканью. — Что с тобой? Боги, ты дрожишь… Тень медленно покачала головой, запрещая себе слабость. Она подняла весло и снова опустила его в черную воду. Воспоминания нужно было загнать обратно на самое дно. Князь Ратибор Лютый придет к их воротам этим вечером. Если боги милостивы — придет. Челн мягко скользнул в камыши, скрывавшие тайный вход в водную шахту городища. Небо на востоке уже начало наливаться грязно-свинцовым, тревожным светом. Они успели подняться по сырым ступеням в терем Мары и сбросить влажные плащи, когда утреннюю тишину городища вспорол истошный, протяжный крик дозорного со сторожевой башни: — Идут! Мара бросилась к узкому окну. Туман в низине у реки начал рассеиваться, неохотно обнажая землю. То, что она увидела, заставило ее кровь застыть в жилах. Кочевники пришли раньше. Степная саранча не стала ждать вечера. Они бесшумно подошли под покровом ночного тумана и теперь, словно черное море, раскинулись перед деревянными стенами городища. Их были тысячи. Конные, пешие, с тяжелыми бревнами для ворот, плетеными щитами и связками смоляного хвороста, готового превратить городище в пепел. Дверь в покои с грохотом распахнулась. На пороге стоял князь Тихомир. На нем уже был тяжелый доспех, а в руке он сжимал обнаженный меч. Лицо князя было бледным, но в глазах застыла суровая решимость обреченного человека. |