Книга Тень княгини, страница 121 – Алеся Кузнецова

— Спрашивала. Утром того дня, когда случилась авария. Я зашла к Родиону — он сам просил зайти. Ему казалось, что у меня было слишком много эфиров. Но я же знала, что меня смотрели. И он тоже это знал. Рейтинги говорили сами за себя. И тем не менее.

Анна выдохнула и невесело усмехнулась.

— Я хотела поехать записывать интервью с Усоновым. Помнишь, Эва? Это же ты оценивала его коллекцию золотых танцовщиц XVIII века? Изящные статуэтки, целое состояние в золоте. Я запомнила твое выражение лица. И мне хотелось самой познакомиться с ним. Восемь заводов, сложный развод, судебные тяжбы, а он бросает все и уезжает на аукцион за золотыми танцовщицами.

Она покачала головой.

— Родион не отпускал его, пока не добился интервью. И там было о чем поговорить, я бы смогла его раскрутить. Но проект отдали Снежане. И к нему поехала она. А я беседовала с очередным академиком. О стратосфере и нет, очень, конечно, интересно и научно. Но там не спросишь: «Почему вы безоговорочно отдали все жене, хотя знали о ее встречах с тренером фитнеса вне зала?» И не спросишь: «Что вы чувствовали, пересекая воздушное пространство девяти стран с золотыми статуэтками, в то время как в суде сражались адвокаты за ваш развод, а вы не имели возможности не то что себя защитить, но даже узнать исход заседания, пока не приземлитесь?» Нет. Я уточняла у восьмидесятипятилетнего светилы, по каким принципам он отбирает своих учеников и на кого возлагает главные надежды.

Анна замолчала.

В избе стало так тихо, что снова было слышно, как где-то далеко, за Ясельдой, устраивают перекличку болотные птицы.

Олег Савицкий тяжело потер подбородок.

— И после этого ты еще удивляешься, что Демидов полез копать старое дело? — буркнул майор. — Он мне, конечно, по-прежнему не нравится. Но тут уже не цепочка, а целая паутина вырисовывается.

Юля медленно подняла глаза от телефона.

— А если авария была не случайной?

— Юля, — резко бросил Олег.

Но было поздно.

Потому что эта мысль, будоражившая до этого их всех, но непроизнесенная до этого при Анне, теперь окончательно оформилась и прозвучала вслух.

Анна поежилась, как, если бы вдруг стало холодно. Она вспомнила разбитое стекло в зале приемов. Извиняющееся лицо Снежаны. Странное замечание Эвы про ее клатч на столике в зале, где лилось шампанское, сверкали бриллианты и бижутерия, а она делала вид, что у нее все отлично. Вспомнила степной кулон, подаренный Лебедевым, за которого на полном серьезе собиралась замуж. И то, как подаренная им машина слетела с трассы.

Вкус крови на своих губах. А дальше — бесконечную тьму и Донну. Донну, которая не дала ей умереть, затягивая в историю своей жизни и заставляя каждое утро снова открывать глаза.

Исчезнувшие записи. Запароленные папки. Смерть Андрея. Молодого оператора. Родиона с его бегающими глазами.

И Демидова, который начал задавать удивительно правильные вопросы.

Федор внимательно смотрел на нее.

— Аня, — тихо произнес он, — Марк правда не против тебя. И не из любопытства это делает. Кажется, он что-то нащупал.

Анна устало усмехнулась.

— Да знаю я. Он чересчур умный для подлостей. Я знаю, что он не заодно с Родионом. Но я теперь не понимаю, что на самом деле происходит в телецентре, который столько лет был мне домом.

Она поднялась из-за стола, медленно подошла к окну и посмотрела на серое небо. Достала телефон из кармана. Экран мигнул десятками пропущенных уведомлений.