Книга Голоса в комнате эхо, страница 185 – Влада Ольховская

— С нападением на моего ученика вы не мешкали.

Сергеев заметно помрачнел:

— Это не я – но я готов взять ответственность за то, что случилось. Я пришел сюда в том числе и для того, чтобы извиниться. Я не просил зятя об этом и не знал, что он планирует делать. Но даже так я могу вас заверить: те двое не собирались убивать вашего ученика! Вы можете лично допросить их, если мне не верите. Женя нанял их для слежки, ничего больше. Я понимаю, что это все равно грубый ход. Но это никогда не привело бы к крови, мы так не работаем!

— Как же вы тогда работаете?

— Наш основной источник дохода – это членские взносы. В первую очередь тех, кто интересуется обычным казино, потому что их больше. И бонусом – тех, кого привлекает новый уровень. Понимаете? Не ставки как таковые, а взносы! Поэтому мы можем позволить себе некоторые заигрывания с клиентами – они у нас выигрывают немного чаще, чем в других казино. Им кажется, что они победили систему, мы знаем, что нет, и в итоге все в плюсе. Убийство, настоящее убийство, – это попытка срубить сук, на котором мы сидим. Зачем нам такое нужно? Нам важно, чтобы наши клиенты как можно дольше были живы, здоровы и счастливы! Мы даже за психическим здоровьем следим, лудоманов убираем сразу же, они обычно подают плохой пример.

— Лудоманов распознать не так просто.

— У нас все схвачено, – снисходительно пояснил Сергеев. – Сначала я сам прошел специальные курсы, потом организовал такое же обучение всем, кто в моем казино занимает руководящие должности. Есть целый набор признаков, по которым можно распознать зависимость!

— Нервное поведение, сбитое дыхание, ускоренная речь? А весь этот экстрим – просто верхушка айсберга, частные случаи, до которых доходит далеко не всегда. Вы думаете, лудоман – это человек с маниакальным расстройством, который одной рукой делает ставку, а другой сдает в ломбард собственных детей?

— Вы утрируете.

— Я вам показываю, как дела обстоят на самом деле. Игровая зависимость развивается незаметно. Человек остается спокоен, сохраняет уверенность в том, что управляет ситуацией. Он думает: «Пойду-ка я домой, денег больше нет, хоть и не наигрался. Мне долги не нужны. Хотя если сейчас уйду, только и буду, что думать об этом, все равно вернусь, а время потеряю. Получится и долг, и денег не заработаю, потому что буду отвлекаться. Доиграю лучше сейчас, чтоб два раза не ездить, возьму в долг совсем чуть-чуть, это легко отдать – меньше, чем моя заначка дома! А можно и еще чуть-чуть взять, я обязательно отыграюсь, раньше мне всегда с третьей ставки везло по-крупному!» Вот как выглядит зарождающаяся лудомания. Нет никакой очевидной склейки, нет волшебной лампочки, которая мигает, предупреждая о беде. Мысли текут плавно и гармонично. Мозг обманывает сам себя, а потому быстро подбирает аргументы и верит им сразу, без попытки критического мышления. Картина мира может измениться кардинально, но, поскольку это игры разума, она принимается по умолчанию. Нельзя понять, что с тобой что-то не так, если у тебя нет возможности подумать об этом. Это мышление зависимости любого толка, не только игровой.

— Возможно, но мы и не брались исправлять недостатки всего мира, – пожал плечами Сергеев. – Людей, которые ведут себя нервно и буйно, мы убираем.