Книга В его власти, страница 15 – Дина Данич

— Такие, как ты, должны сидеть за решеткой! И я этого так не оставлю! Засажу тебя! Опять!

— В таком случае такие, как ты, должны стоять на коленях с раскрытым ртом и сосать! - рявкает Терехов. - На большее ты не способна!

Он обходит стол с одной стороны, я - с другой, несусь к двери.

— А ну, стоять! - орет Семен, когда я поскальзываюсь и лечу на пол. Прямо на ворох осколков, один из которых, как оказалось, упал очень и очень неудачно для меня…

— Идиотка! - слышу, пока сама лежу на полу и в ужасе смотрю на осколок, который точит острием вверх прямо рядом с моим лицом.

Господи боже мой! Еще чуть-чуть и…

Мой испуг напрочь затмевает боль в руках и коленях. И лишь когда Семен резко поднимает меня, она становится такой отчетливой, что я вскрикиваю.

— Отпусти! - шиплю, дергаясь от его прикосновений. Злые слезы выступают на глазах. Мне кажется, что в этот момент я настолько жалкая неудачница, что все эмоции, которые я так старательно сдерживала, прорывают плотину и выливаются в настоящую истерику. - Отпусти, придурок!

— Уймись, бешеная! - рявкает на меня Терехов. - Я помочь хочу!

Замолкаю и даже дергаться перестаю, настороженно глядя на его хмурое лицо, пока сам Семен рассматривает осколки, которые впились в ладони и коленки. Я просто мастер попадать в идиотскую ситауции! Надо же было настолько удачно приземлиться.

— Сиди и не рыпайся, - приказывает он и, наконец, отпускает мои ладони. Поднимается на ноги и куда-то уходит. А я так и сижу на полу среди остатков графина. Ну, вот какого черта я его швырнула?

Разглядываю раны - вроде неглубокие. Как сказала бы Дашка - царапины. Но это она привычная. Я-то нет…

Папина принцесса…

Мне хочется быть сильной, надавать сдачи Терехову, если не в прямом смысле, то хотя бы фигурально! За всего его скабрезности и оскорбления!

Но я не могу придумать как. Каждая моя попытка заканчивается провалом, и я в итоге оказываюсь в еще худшем положении, чем раньше.

Хозяин дома возвращается с коробкой, которой оказывается аптечка. Я молчу. Понимаю, что сейчас лучше его не злить.

Каждое движение Семена показывает, насколько он в теме того, что делает. Как-то раз я застала отца за подобным. Приехала к нему в офис, а он там… шил рану. Сам себе.

Это был наш с ним маленький секрет - ведь он строго запретил рассказывать матери и волновать ее этим.

Возможно, именно поэтому я стойко терплю, когда Терехов поочередно извлекает осколки - мелкие и покрупнее, промывает раны перекисью, заклеивает.

Мне чудится в каждом жесте забота. Но это, конечно же, ерунда - просто, очевидно, мужику нужна кукла для развлечения в рабочем состоянии. Вот и все.

Другой вопрос, что я не собираюсь оставаться в этом положении. Но это после.

— Сейчас будет больно, - предупреждает вдруг Терехов, а я вскрикиваю от неожиданности. - Лучше наложить шов. Маленький.

Смотрит на меня исподлобья.

— Что? Накладывай, раз взялся играть в медсестру, - грублю в ответ.

Взгляд Семена темнеет, снова наливается тем самым азартом, который был и вчера. А я нервно сглатываю. Ну дура…

— Совсем нет чувства самосохранения? - спрашивает, гипнотизируя своим этим взглядом. - Думаешь, папочка прибежит за тобой и спасет? Так вот у меня для тебя новость, принцесса - ни хера он не найдет, даже если вдруг прискачет. Я в любой момент успею от тебя избавиться, едва он только подойдет к границе территории.