Книга Дочь от бывшего босса, страница 4 – Джесси Блэк

Сначала я жалела себя из-за разбитого сердца, потом из-за потеря мамы. Сейчас я только начинаю жить. И хочу делать это только с мой дочкой, по иронии судьбы его маленькой копией.

Темноволосая, зеленоглазая принцесса. Она похожа на крошечную Скарлетт О’Хара. Я покупаю ей зеленые платья, оттеняя ими белую кожу и яркие глаза в обрамлении черных ресниц.

Я могу позволить себе баловать и любить моего ребенка, и Гончаров мне не нужен. У меня уже все хорошо. А к нему я остыла. Почти.

И все равно поглядываю в сторону «Примаверы», вдруг он выйдет и… господи, как же я тщеславна.

Да, я бы хотела, чтобы он меня увидел вот такую. В белом летнем платье на тонких бретельках, с распущенными волосами, но самое главное с коляской, в которой хохочут Аленка и Олесин сын, Артур.

Он такой же темненький, как Алена, только глаза карие. И в двойной коляске они кажутся близнецами с темными макушками.

Мы прогуливаемся по набережной, и перед нами идет девочка, пускающая мыльные пузыри, а дети заливаются смехом, когда шары залетают к ним в коляску.

— Вам тоже пузыри нужны? — спрашиваю малышей и ищу, где это чудо продают.

На набережной целая толпа народу, все время приходится останавливаться и пропускать кого-то или огибать прохожих, застывших посреди дороги, чтобы поболтать. Прийти сюда было не лучшей идеей, Артур точно не уснет в такой шумихе, а Аленка не уснет, пока не спит Артур.

— Сейчас пойдем обратно, да? — я по привычке болтаю с детьми, которые гулят на своем, стягивают кепки, сандали, носки. — У-у-у-у, самокат проехал, да? Са-мо-кат, — дети во все глаза смотрят на жужжащий электросамокат.

По набережной такие разъезжают все время, и я их уже побаиваюсь. Скорость иногда бешеная.

— Девушка! Осторожнее! — вопит кто-то в спину как раз в этот момент, и я глазами ищу, какой девушке кричат, останавливаюсь, оборачиваюсь и понимаю, что… боже мой, это мне!

На меня летит тот самый самокат, а точнее, летит он прямо в коляску. Я ничего не успеваю сделать и просто отталкиваю ее с дороги, а машина-убийца катит в мою сторону слишком быстро.

— Хватайте детей! — вопит кто-то, пока я ничего не понимаю.

Каких детей?

Моих детей?

Я лечу на асфальт, бок, который задевает самокатчик, разрывает острая боль. Я не могу разогнуться, колени стерты в кровь, а коляска с моими детьми летит прямо к лестнице, ведущей к воде.

— Дети! Детей хватайте! — снова кричит кто-то.

Кто-то бросается ко мне, кто-то бежит к коляске, а я визжу и отталкиваюсь саднящими коленками, чтобы успеть схватиться за ручку коляски и удержать ее, но за меня это делает кто-то другой. Ноги от облегчения становятся ватными, и я снова оседаю на землю, из последних сил пытаясь сдержать рыдания. Детям меня такой видеть совсем ни к чему.

— Девушка, вы как? — мне помогают собрать разлетевшиеся по брусчатке вещи, привозят коляску, в которой от слез надрываются и Артур, и Аленка.

Мне нужно успокоить их обоих, но я даже встать не могу. Чуть привстав, спешу отстегнуть сначала одного, потом другую. Артур ловчее и сам вылезает, а потом виснет у меня на шее, пока Аленка тянет ко мне руки. Мой спаситель, за которым я краем глаза наблюдаю, тут же помогает вылезти Аленке. Сначала хочет протянуть ее мне, но вместо этого прямо в светлых брюках садится рядом на брусчатку. Аленка не ручная и с чужим человеком точно не перестанет плакать, так что я пытаюсь перенести Артура на одну руку, чтобы взять ее другой, но локоть простреливает. Видимо, ушибла, когда падала.