Книга Эй, босс! У тебя тут ребенок подрос, страница 8 – Джесси Блэк

Я ее не отдам.

— Меня зовут Руслан, — говорит он, поднимаясь на ноги с усыпанного игрушками пола. — У вас прекрасная дочь. Такая смышленая для… сколько ей?

— Чуть меньше года, — специально не уточняю я.

— А вела себя, как взрослая, — он улыбается ей такой ослепительный улыбкой, что кроха отвечает ему тем же. Она улыбается ему десятком зубов, хотя очень редко признает незнакомцев. Мне даже врачи всегда говорили, что она слишком серьезная — вечно с хмурыми бровками и всегда будто внимательно слушающая. И как эта связь у них с Русланом работает? Потому что иначе еще я не знаю, как это назвать.

Меня пугает одинаковая зелень их глаз, которой они смотрят друг на друга, поэтому я отворачиваю Аленку и киваю Гончарову.

— Спасибо вам, Руслан… как вас по отчеству?

— Не за что, — и будто нехотя добавляет: — Игоревич.

— Вы поймали коляску и…

Спасли собственную дочь. А еще меня от психиатрического отделения, потому что я сошла бы с ума, случись с крохой что-то серьезное.

— Это меньшее, что я мог сделать.

Он стоит, хотя я надеялась, что сразу уйдет, как только я заберу кроху.

— Извините, но Аленке нужно поспать, режим и… Она не спала на прогулке и очень скоро начнет капризничать.

— Конечно. Я вас провожу.

Я оборачиваюсь в поисках поддержки у Олеси, но той вместе с Артуром уже и след простыл.

— Не стоит. Мы справимся, я буду внимательно смотреть по сторонам.

Но он аккуратно подталкивает меня к выходу, придерживая за талию и даже не подозревая о том, как горит моя кожа под его пальцами. Даже через плотную одежду.

И я иду. А что мне еще остается? С Аленкой на руках бежать куда сложнее.

Ночка выдается непростой. Я почти не сплю, ворочаюсь с бока на бок, прижимаю Аленку ближе к себе. Только закрываю глаза, сразу накатывает ужас — самокат, крик и летящая под откос коляска. Вздрагиваю каждый раз, как вспоминаю, позабыв про собственную боль. Боль в теле, напротив, приземляет меня и говорит, что все самое страшное позади. Я успокаиваюсь лишь к рассвету, вдыхая сладкий аромат детского шампуня в волосах малютки. Она вся пахнет, как булочка, и это самый аппетитный запах на всем белом свете.

Аленка спит хорошо, и я этому рада. Сегодня нам дали отгул, поэтому я не спешу будить ее. Оставив видеоняню, которую мы с Олесей купили на двоих, иду в душ на этаже и шиплю, когда прохладная вода касается ссадин. Вот теперь это та самая боль. Я заслужила ее, потому что не справилась. Плохая ли я мама после этого? Не знаю. Но я сделаю все, чтобы замолить этот грех.

Вытирая влажные волосы полотенцем, я смотрю в кривое зеркало душевой и гадаю, что делать со сбитыми коленками, которые будут ужасно смотреться в форменном платье. Купить плотные колготки? В сорокоградусную жару это будет испытанием для моей выдержки, но я готова. Посоветуюсь с руководством — как они скажут, так и будет.

Я уже натягиваю леггинсы на влажное тело, когда слышу разговоры за дверью.

— Ты только представь, если они отстроят здесь все! Кальяны, игровая, господи, да я за плазму и хороший кофе душу продам!

— Ага, только где мы жить будем, пока новое начальство собирается творить?

— Да брось, с их деньгами сколько это займет? Месяц? Два? Перекантуемся в хостеле рядом.

— Ты думаешь нам всем хватит там места после того, как об этом объявили на собрании? Да нас тут вдвое больше нормы живет.