Книга Небесный всадник. Том 7, страница 44 – Кирико Кири

— И тем более уничтожил дворец вместе с хранителем, — добавила другая азиатка.

— Он опаснее, чем вы думаете, поверьте мне. Мне говорили, у него прозвище, Самсон — не поймаешь.

— Почему?

— Потому что его не поймаешь, Отито.

Господи, моё прозвище даже до этих мест добралось. И вообще, разве это не бескультурно общаться при гостях на своём языке? Да, они, скорее всего, не знают нашего языка, и тем не менее выглядит чуть-чуть не очень.

Кстати, а я ведь с охранником на их языке общался. И с теми жителями, которых привёл. По идее, Суко могла бы понять, что я кое-что смыслю в их тарабарщине, просто поговорив с ними. Ну или догадаться, учитывая, что я как-то нашёл с ними общий язык. Хотя я уверен, что позже она это выяснит.

Но это будет уже после того, как они между собой выдадут все свои секреты.

— Самсон фон Хертврёд, — поднялась Суко. — Вы знакомы не можете быть, но я представлю глав тех кланов, что бой вели на нашу сторону участием в происходящем.

Дальше она перечислила столько имён и фамилий, что я нихрена не запомнил. Суни, фуни, куни сосуни, Оттоги млять внезапно (ты что, майонез что ли?) и прочие неприличные слова, которые в нормальном обществе не произносят. По крайней мере, прилюдно. Меня она тоже представила, но уже на своём и без лишних комментариев.

— А теперь присаживайся, прошу

Да и не только интерес, как посмотрю.

Я приземлился рядом с Аэль, которая улыбнулась и ущипнула зачем-то меня за бок.

— Ты в этот раз долго. Уже думала искать придётся.

— Я старался как мог. Заблудился просто. А это у нас типа официальное собрание какое-то или обед?

— И то, и другое. Хочешь жаренные яйца в сладком сиропе.

— Яйца в сиропе? — и не удержался от шутки. — Чьи?

— Бычьи, — на полном серьёзе ответила Аэль.

— Э-э-э… не, пожалуй, не буду. И не говори мне, что зря.

— Зря, — хихикнула она.

Господи, я испортил этого ребёнка. Я успел обменяться приветствием с остальными, ну то есть Рондо и Тефеей, которые тоже вели себя так, будто ничего не произошло. Изменилось отношение разве что у Вольфгана. Не могу сказать, как именно, но оно будто стало чуть-чуть другим.

— Я рада, что целы мы вышли и сидим сегодня, не как наши враги, но Самсон, ты сегодня самый гость, которого хотим слышать, — наконец взяла слово Суко. — Мы бы рады услышать тебя, что произошло со дворцом в небесах, и как это произошло, если не секрет.

— Это суд или допрос? — на всякий случай спросил я.

— История. Интересная история. Ты воин, ты сражался, ты победил, услышать хотим и понять, — ответила она миролюбиво. — Не вправе осуждать тебя.

Но осуждаете. Прямо не говорите, но я чувствую от вас всех недовольство произошедшим, будто я порушил все ваши планы. И нет, если выдумаете, что мне стыдно, то это в корне не так. Более того, мне даже понравилось.

Итак, с чего бы начать… хм…

— Я Суко голой видел.

Повисла тишина, и я не без удовольствия наблюдал за тем, как все взоры обратились к азиатке. Особенно её союзницы, которые с подозрением покосились на подругу, будто спрашивая: а это какого хрена ты нам не рассказала⁈

И надо было видеть её реакцию: щёки залились румянцем, причём на её бледном лице они едва не светились. Но куда красноречивее был её взгляд, который она бросила на меня: яростный, буквально бешенный, испепеляющий, будто не будь здесь других, бросилась бы мне глаза выцарапывать.