Книга Оружейник, страница 6 – Александр Гулевич

Иван хотел было ответить, но не успел, неожиданно с рубки послышалась отборная ругань Константина, крывшего на чём свет стоит всё и вся. С тревогой переглянувшись, они бросились в рубку. Буквально влетев в неё, друзья замерли и, помолчав несколько мгновений, Василий, почесав подбородок, с осторожностью в голосе поинтересовался:

— Костян, случаем не скажешь, что произошло?

— Произошло, мать его так – навигация накрылась, сигналы GPS и ГЛОНАСС не ловятся, мало того, в эфире радиостанции отсутствие какой-либо связи, один треск и более ничего, какая-то магнитная аномалия происходит с этим, будь он неладен, туманом. Хорошо ещё система предупреждения столкновений работает, хоть не врежемся ни в кого в таком-то беспросветном мареве, – скрипя зубами от сдерживаемой злости, проворчал Константин, продолжая пытаться перезапустить систему спутниковой навигации. – Хотя нет, подождите… Вот же зараза, и система предупреждения с ума сошла, да и вообще вся электроника, в том числе эхолот. Полную бредятину показывают!

— Мы что, в Бермудский треугольник попали?! – от изумления выпучив глаза, воскликнул Василий и, решительно отодвинув в сторону Константина, взглянул на показатели приборов, затем глубокомысленно изрёк:

— Действительно бред полнейший, показания эхолота указывают глубину в восемьсот метров, а такой глубины у нас на реке не может быть в принципе, это же река, а не океан. Насколько я знаю, только в некоторых местах у нас глубины достигают десяти метров максимум.

— Надо к берегу пристать и переждать этот туман, слишком опасно в таких условиях продолжать идти по воде, – задумчиво проворчал Иван, внезапно ощутив неприятное покалывание между лопатками.

— Да я бы с радостью, но где этот берег, мать его так! – чуть ли не в истерике вскричал Константин. Включив автопилот, выскочил из рубки, открыл ящик и достал из него длинный моток верёвки. Привязав к одному концу довольно увесистый груз, он выбросил его за борт и спустя совсем непродолжительное время разразился страшной руганью. Смотав верёвку, он вернулся в рубку и, рухнув на диван в глубокой задумчивости, молчал несколько минут. Друзья ему не мешали. Собравшись с мыслями, Константин тяжело поднялся и, взявшись обеими руками за штурвал, неожиданно охрипшим голосом заговорил:

— Ничего не понимаю. Мы идём по воде меньше часа, ну, может, прошли километров десять от силы, по идее, где мы должны находиться, я понимаю, но мы явно не в тех местах идём, хоть убейте. Я верёвку двадцатиметровую в воду забросил, а она даже дна не достала. Единственное разумное объяснение только нахожу – мы на водохранилище, там глубины действительно серьёзные, но вся штука в том, что оно находится выше по течению, а для того, чтобы туда попасть, надо идти против него, мы же шли по течению, в смысле от водохранилища… Блин, чертовщина какая-то, честное слово.

— Так и что нам делать-то теперь? – пребывая в полной растерянности, задал Василий вопрос, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Да хрен его знает, нет у меня никаких соображений, никогда не слышал о таких историях, в какую мы с вами угодили. Хотя… Давайте выходите на палубу и всматривайтесь и вслушивайтесь, вдруг свет мелькнёт, звуки какие-то появятся или, например, берег увидите, я же поставлю двигатель на самый малый ход. Если что увидите или услышите, сразу дайте знать криком, – покачав головой, высказался Константин, в глубине души сожалея, что уговорил школьных друзей отправиться на рыбалку.