Книга Оружейник, страница 49 – Александр Гулевич

— Ваня, что ты обо всём, с нами случившемся, думаешь?

Иван сразу отвечать не стал, он присел на лавку и, закинув руки за голову, прикрыв глаза, произнёс:

— Я не знаю, что и думать. Всё это в высшей степени странно, но жить нам ведь как-то надо, так что не стоит рефлексировать, нам это категорически противопоказано. На самом деле у нас дела обстоят не так уж и плохо, всё могло быть во много раз хуже, как, например, с твоими двумя подругами, оказавшимися то ли в рабстве, то ли в плену.

— Я это прекрасно понимаю, но ничего не могу с собой поделать. Душа болит за девушек, – опустив голову, совсем уж шёпотом ответила Ольга, и резко развернувшись, неторопливо направилась в свой кубрик, желая побыть в одиночестве. Проводив её взглядом, Иван, тяжело вздохнув, поднялся с лавки и так же, как и его соседка по лестничной площадке, направился в кубрик. Придя туда, он расстелил кровать и, скинув одежду, залез под одеяло. Попытался уснуть, но сон не шёл. На память приходила картинка, как его поставили к стенке и изобразили расстрел. Он тогда попрощался со своей жизнью, хотя далось ему это непросто, что-то в нем после этого события изменилось, он это ощущал, но что именно подверглось деформации, он пока не понимал. Он не сломался, нет, но он становился каким-то другим человеком, и это обстоятельство вызывало острое чувство тревоги. Проворочавшись более часа, Иван в конечном итоге погрузился в тревожный сон…

Иван и Василий сидели на балконе ресторана «Русалка» и неспешно обедали, с немалым интересом смотря представление артистов на сцене. Константин на этот раз категорически отказался отправиться в ресторан, сославшись на необходимость лично присутствовать во время обслуживания паровой установки нанятой для этой цели ремонтной бригадой в порту. Как оказалось, они буквально только чудом смогли добраться до материка, не сломавшись где-то на бескрайних просторах Аталанского океана. Целый ряд механизмов и агрегатов «Призрачного грифа» находились в предаварийном состоянии, судно, судя по всему, довольно давно не проходило регламентного обслуживания.

После осмотра судна специалистами им выставили внушительный счёт, практически полностью лишая их денег. В очередной раз посовещавшись, они всё же окончательно приняли решение «Призрачный гриф» не продавать, хотя его рыночная цена в случае продажи после выдачи правоустанавливающих документов на собственность поднялась существенно. Собственно говоря, кроме корабля, у них не было ничего, по сути, он стал их домом, а обживаться в Фельгаузе как-то получалось не очень хорошо. Даже не отсутствие денег было тому виной, а отсутствие связей давало о себе знать в полной мере. Куда-либо на приличное и хорошо оплачиваемое место устроиться на работу не представлялось возможным, зато легко можно было устроиться портовым рабочим на скудный оклад за тяжёлый труд, но никого из друзей такой сценарий категорически не устраивал. Все они были людьми с амбициями и определёнными взглядами на жизнь, не лишённые смелости и авантюрного склада характеров, на чём и сошлись друг с другом ещё в начальных классах средней школы.

Съев первое блюдо, Василий сделал пару глотков красного полусухого вина и, не отрывая своего взгляда от сцены, с некоторым сожалением в голосе заговорил: