Книга Оружейник, страница 119 – Александр Гулевич

Появление эшелона, идущего в нужную ему сторону, пришлось ожидать до полуночи, он задержался более чем на два часа от расписания. Улучив момент, когда железнодорожные рабочие были заняты заправкой водяных танков паровоза, Иван, подхватив рюкзак, стремительно бросился к ближайшему пустому вагону и, немного приоткрыв дверь, заскочил внутрь. Подсвечивая себе фонариком, он огляделся и, найдя в углу пустой ящик, присел на него, а спустя полчаса эшелон, противно грохнув вагонными сцепками, медленно тронулся с места…

Через трое суток на одном из полустанков Иван выбрался из вагона и неспешной походкой пошёл между двумя стоявшими эшелонами. Выйдя на запасной путь, увидел стоявший эшелон с платформами, загруженными брёвнами, а за ними имелся паровоз с прицепленными пятью пассажирскими вагонами. Внимательно к ним приглядевшись, Иван неожиданно ощутил смутное беспокойство и хотел было пройти в другую сторону, но вдруг где-то в ста метрах от него на соседнем железнодорожном пути заливисто зазвучали сразу несколько полицейских свистков, раздался бешеный топот нескольких десятков сапог, а затем вразнобой зло затрещали револьверные выстрелы.

— Вот же… – сквозь зубы выпалил Иван и, резко пригнувшись, что было сил рванул к ближайшему пассажирскому эшелону. Оказавшись возле последнего вагона он, стараясь не шуметь, взобрался на площадку и остановился перед закрытой на замок дверью. Достав из кармана связку железнодорожных ключей, он присел и прислушался, но никаких звуков из-за неё не раздавалось. Иван, осмотревшись по сторонам, решительно вставил ромбовидный ключ в замочную скважину и, аккуратно открыв замок, чуть приоткрыл довольно тяжёлую дверь. Взглянув сквозь щель, он из-за темноты ничего не увидел и, глубоко вздохнув, открыл дверь и вошёл внутрь. Стараясь не шуметь, он закрыл за собой дверь и, остановившись, вновь прислушался, но в вагоне стояла мёртвая тишина – людей в нём не было.

С немалым облегчением выдохнув, Иван включил фонарик и осмотрелся. Это действительно оказался вполне стандартный купейный вагон – вот только запах… В вагоне отчётливо отдавало застарелым мужским потом и прелыми портянками, а также оружейной смазкой, что вызвало в душе Ивана немалую тревогу и беспокойство: в вагоне явно регулярно перевозили военных. Первой пришедшей на ум мыслью было немедленно покинуть вагон, но так как в округе продолжали раздаваться эпизодические выстрелы и отборная ругань полицейских, эту мысль сразу отогнал и взялся обходить весь вагон. Много времени это не заняло, и Иван, не решившись расположиться в одном из купе, выбрал для себя каморку вагоновожатого, оказавшуюся закрытой. Повозившись с замком, он зашёл в неё и очень сильно удивился, так как она почти под самый потолок была заставлена мясными консервами и галетами с армейскими маркировками. Неожиданно противно грохнули вагонные сцепки и эшелон медленно тронулся с места. Делать было нечего, Иван снял самый верхний ряд ящиков с консервами, забрался в образовавшуюся щель и, расстелив спальный мешок, улёгся и, полежав какое-то время, под плавный перестук железнодорожных колёсных пар провалился в тревожный сон.

Его разбудил грохот множества подкованных сапог, доносящийся со стороны перрона. Открыв глаза, Иван услышал резкие команды офицера на погрузку, и спустя минуту вагон качнуло: в него стали входить имперские солдаты, нагруженные туго забитыми вещмешками и личным оружием. Суета с размещением продлилась около десяти минут, и эшелон тронулся в путь. Куда он направлялся, Иван даже представить себе не мог, слишком уж всё неожиданно произошло на сортировочной станции, поломав его самым тщательным образом выверенные планы по передвижению в пределах империи. И теперь ему ничего другого не оставалось, кроме как плыть по течению, по крайней мере, пока.