Книга Тьма у трона, страница 194 – Элиот Лилит

— Ваше величество, я вам тут привел!

И быстро отступил назад, подтолкнув вперед Алексея. Тот успел заметить промелькнувшую на губах великого князя кривую ухмылку, и дверь снова захлопнулась.

Алексей замер, чувствуя, как все быстрее и тревожнее заходится сердце. Император сидел за столом, в окружении бумаг, громоздящихся друг на друга толстыми кипами. Он выглядел усталым и раздраженным. Алексею невольно захотелось попятиться. Кроме них в кабинете не было никого.

Несколько долгих секунд, показавшихся Алексею вечностью, император молча смотрел на него, и стальные серые глаза не выдавали ни намека на чувства. Затем коротко спросил:

— Снова в строю?

Алексей тяжело сглотнул, не доверяя своему голосу, и выдавил:

— Так точно, ваше величество.

— Хорошо.

Алексей не знал, чего ждал. Может быть, какого-то объяснения. Может – новых предупреждений про последние шансы. Но император только спросил:

— Ну?

Алексей сглотнул еще раз.

— Прошу прощения?

Император возвел глаза к потолку.

— Ваше прошение. Где оно?

Со звенящей пустотой в голове Алексей переспросил:

— Прошение?

Император хлопнул ладонью по столу.

— Ради всего святого! Вы что, еще и головой приложились, когда вытаскивали цесаревича из крепости? Прошение о помиловании! Вашу отставку никто не отменял. До тех пор, пока нет бумаги с моей подписью, вы и мундир этот носить права не имеете. – Видя, что Алексей не спешит отвечать, он раздраженно выдохнул: – Что вы ко мне, с пустыми руками явились?

— Боюсь, что так, ваше величество, – выдавил Алексей кое-как. Сердце забилось еще быстрее – он точно замер над пропастью, не зная, полетит в следующую секунду вниз или, наоборот, окажется оттянут от опасного края. – Я… не подумал.

Император недовольно цокнул языком.

— Уж от вас, Алексей Андреевич, я ожидал большего почтения к соблюдению формы, – он покачал головой, потом кивнул на столик поменьше, примостившийся в углу. Должно быть, в обычное время там работал императорский секретарь. – Садитесь туда, берите перо и начинайте писать. Образец найдете там же.

Алексей подчинился, хотя ноги казались ватными, а пальцы, когда он взялся за перо, неловко дрожали, превращая его и без того кривоватый почерк в малоразборчивые каракули. Он не видел, что делал император у него за спиной, но, судя по неутомимому скрипу пера, то же, что и всегда, – работал.

Наконец, прошение было готово. Алексей поморщился от того, как неаккуратно были начертаны слова, но делать нечего – не переписывать же. Он рывком встал и, подойдя к столу, протянул прошение императору:

— Готово, ваше величество.

Тот принял бумагу, пробежался по ней глазами, коротко кивнул и поставил размашистую подпись.

— Вот теперь другое дело.

И снова – тишина.

Алексею отчаянно хотелось что-то сказать, но он не знал что. Попросить прощения? Поклясться, что никогда больше не повторит своего проступка? Пробормотать, как рад, что и в этот раз обошлось и его величество снова смог обмануть смерть? Тысяча несказанных слов плясали на кончике языка, клокотали в горле, бились о ребра. И ни одно из них не казалось подходящим и стоящим того, чтобы быть услышанным.

— Вы свободны, – оборвал его терзания император. – Идите и скажите Котлубицкому, чтобы разогнал всех этих бездельников. Хватит с меня прошений на сегодня.