Книга Тьма у трона, страница 116 – Элиот Лилит

За ночь раскрылось аж два разлома: один здесь, второй на Охтинской набережной, недалеко от речного порта. Алексей хотел бы удивиться, но не вышло. Глядя на кружащих над мокрыми крышами бесов, он потер переносицу:

— Вы уверены, что мы не можем войти в разлом сейчас и начать бой на Изнанке?

— Я вам все по два раза объяснять должен? – тотчас ощетинился Константин. Потемневшие от воды волосы облепляли его широкое лицо влажными завитками, глаза, того же мрачного густо-синего оттенка, что и небо, раздраженно сверкали. – Они с той стороны вплотную прижались, сами, что ли, не чувствуете?

— Просто это странно. – Алексей был раздражен не меньше, но старался говорить спокойно. – Разломы не созревают так быстро.

Да и твари обычно не вылетают сразу, стоит разлому открыться, но это хотя бы можно было объяснить присутствием великого князя. На царский огонь они и прежде были падки, а теперь и вовсе как с цепи сорвались.

Константин ткнул пальцем на багровеющую трещину, как бы предлагая передавать все жалобы прямо по адресу, и буркнул:

— Шли бы вы лучше к Александру. Только под ногами у меня будете путаться.

Можно подумать, Алексей сам в восторге от того, что им снова приходится ночевать вместе…

— У его высочества там Беннигсен с его отрядом.

И – здесь он был ближе к дворцу.

Алексей почти уже уверился, что ему вообще не следует оставлять императора одного. Если от каждого удара тьмой трещины в сияющем смерче, который он видел, становились глубже, разве не должна охрана императора стать самой важной его задачей?

Рука виновато потянулась к нагрудному карману. Будь здесь Нелидова, наверняка бы над ним посмеялась…

Глаза Константина сузились.

— Начинается.

Алексей был только рад отвлечься от мыслей. Холодная тяжесть шпаги в руке его успокоила. Он оставил Константина выкрикивать команды, а сам – жадно впился взглядом в полыхающие глубины разлома. Секунда. Две…

Первый залп черных градин вылетел из алой трещины, и их тут же встретили ружейные выстрелы. Артиллерия пока выжидала, но поток бесов густел, прорываясь все дальше и дальше. Алексей потянулся к тьме внутри себя и, черной волей подчинив себе пару стаек, швырнул их на обнаженные штыки.

Отовсюду сыпались команды наводчиков-бесогонов, указывавших обычным солдатам, куда целиться. Разлом замерцал ярче. Воздух взрезал приказ Константина:

— Артиллерии приготовиться!

Из багряной глубины показалась треугольная морда, скалящаяся черными дымчатыми клыками.

Грохнули пушки. Воздух заволокло дымом, и Алексей потерял братьев из виду. Тварь разъяренно замоталась в тесных объятиях трещины – и выскользнула наружу всем своим вытянутым черным телом с четырьмя, похожими на плавники, наростами.

— Заряжай!

Артиллеристы завозились вокруг лафетов. Зашипев, тварь бросилась к ним. Алексей, не чуя ног, метнулся ей наперерез. Резким движением вогнал шпагу туда, где у нормального существа был бы глаз.

Лезвие вспыхнуло красным. Тварь отпрянула. Взбешенно свистнув, бросилась на него. Настал черед Алексея отступать. Тягаясь с тварью один на один, он только мешал артиллерии. Пригнувшись к самой земле, чтобы не попасть в распахнутые черные челюсти, Алексей сорвался с места, оттолкнулся рукой от гранитного столбика набережной и пролетел добрых четыре аршина. Едва не растянулся на мокрых каменных плитах, но быстро восстановил равновесие и сразу же врубился в закрутившийся поблизости смерч бесов помельче.