Книга Золотые погоны, ржавые дюзы, страница 42 – Lost In Space

— Капитан, у нас нет укрытий! — прошипел я, нервно сжимая рукоять карабина. Оружие казалось смехотворно легким и бесполезным против ксаарианской брони класса «Монолит-4». — Мы как на ладони. Если они выйдут из-за того поворота, их автоприцелы захватят нас за миллисекунду.

— Автоприцелы работают на основе геометрии и предсказания траектории, лейтенант, — оскалился Воронов. В его глазах не было ни капли страха, только холодный, первобытный азарт хищника, который решил поиграть с более крупным зверем. — Посмотри на этот коридор. Тут ни один угол не равен девяноста градусам. Пифагор бы здесь повесился. Их хваленые нейросети просто свихнутся, пытаясь рассчитать баллистику в неевклидовом пространстве. А мы…

Воронов похлопал себя по груди. — Мы будем использовать старый добрый метод «на глаз». И еще кое-что.

Капитан опустился на колено возле одного из кристаллических наростов, торчащих из стены на уровне колена. Достав из-за пояса тяжелый боевой нож с лезвием из мономолекулярной стали (сувенир из его бурного прошлого), Воронов принялся яростно ковырять основание кристалла.

— Чехов, не стой столбом, — бросил он, не оборачиваясь. — Видишь на потолке эти свисающие энергетические кабели? Те, что Михалыч хотел на медь сдать. Отрежь кусок. Метров пять. Живо!

Я не стал спорить. Подпрыгнув, я уцепился за толстый, покрытый какой-то вязкой полимерной оболочкой провод Предтеч, свисающий из ниши. Достав свой резак, я быстро отхватил кусок. Провод был тяжелым, гибким и на удивление прочным.

— Готово. Что теперь? — спросил я, бросая добычу к ногам капитана.

Воронов к этому моменту уже выковырял из стены солидный кусок желтого кристалла. Оказалось, что кристалл хрупкий и при разрушении рассыпается на тысячи мельчайших, острых как бритва граней, напоминающих стеклянную пыль. Капитан сгреб эту пыль в пустой подсумок на поясе.

— Теперь, академик, мы будем делать то, от чего твои инструкторы по тактике упали бы в обморок, — Воронов подхватил провод. — Мы устроим им классическую уличную подлянку. Растяжку.

— Растяжку? Против ксаарианской тяжелой пехоты?! — я чуть не рассмеялся в голос от абсурдности ситуации. — Капитан, их броня выдерживает прямое попадание из танкового орудия! Они просто порвут этот провод и даже не сбавят шаг!

— Броня выдерживает, — согласился Воронов, туго привязывая один конец провода к основанию нароста на стене, а другой натягивая поперек коридора и закрепляя за выступ на противоположной стороне. Высота была идеальной — ровно на уровне лодыжек высокого ксаарианца. — Броня уплотняется в месте удара. Она гасит кинетику. Но она не отменяет базовые законы физики. Если объект массой в триста килограмм споткнется на бегу, он упадет. И чем тяжелее броня, тем громче будет звон. Прячемся.

Мы кое как вжались в неглубокую нишу за поворотом, буквально слившись с холодной стеной Предтеч.

Ждать пришлось недолго.

Тишину древнего обьекта нарушил легкий, размеренный гул. Это не был топот сапог. Ксаарианцы передвигались с помощью антигравитационных компенсаторов в подошвах, едва касаясь пола. Но вес их брони выдавал себя низкочастотной вибрацией, от которой дрожали зубы.

Из-за изгиба коридора показались три фигуры.

Они двигались идеальным клином. Впереди шел тяжелый штурмовик, по бокам, чуть позади — двое прикрывающих. Их перламутровая броня плавно меняла цвет, подстраиваясь под тусклое желтоватое освещение коридора, делая их похожими на призраков. Фазированные излучатели в их руках водили из стороны в сторону, сканируя каждый миллиметр пространства.