Книга Черный лев и снежная чародейка, страница 75 – Алла Железнова

— Далас, оно не станет лучше, когда я увижу…

— По крайней мере, я не буду в твоих глазах виноватым в том, что мы прошли мимо.

Через какое-то время мы попали в темную часть подземного хода. Пришлось немного вернуться назад и отколупать люминесцирующую руду, которую я использовала вместо фонарика. Чем дальше мы шли, тем отчетливей и противней становилась вонь.

— Медленней, – придержал меня Далас, оглядывая пространство. – Это здесь.

Сделав несколько шагов и протянув руку с рудой вперед, я внезапно наткнулась на мертвое, искаженное ужасом лицо. Я вскрикнула и отскочила назад, а оборотень сразу же закрыл от меня Эрива Голера спиной, стискивая в своих объятьях. Я-то думала, что тело лежит на полу, но вскинув голову вверх, четко обозрела жуткую картину. Тень, как и я, падал по ледяному тоннелю и упал грудью прямо на острый высокий сталагмит, лицом вниз. И теперь это лицо «смотрит» на нас сверху. Запекшаяся кровь раскрасила вытянутый камень темными разводами, все тело мужчины посерело, что смотрелось ужасно жутко в голубом естественном свете. Дальше я разглядывать его не стала, с трудом сдерживая тошнотворные желудочные спазмы.

Далас оттеснил меня назад во мрак тоннеля и повел в обратном направлении. Хоть Эрив и был высокомерным и занудливым коллегой, а все же никогда не таил злобы, только раздражение. Картина увиденного прочно засела у меня в голове, и, просматривая ее раз за разом, одну печальную слезу я все-таки обронила.

— Он погиб уже давно, – произнесла я час спустя.

— Примерно в тоже время, когда я нашел тебя.

— Почему от него исходит такой запах?

— Любой живой организм состоит из органических веществ, которые при наступлении смерти подвергаются разложению, брожению и гниению. Плюс к тому, на каждом живом существе живут микроорганизмы, которые никак себя не проявляют, пока носитель жив. Некоторые даже приносят пользу. Но в этом случае они стали паразитировать ради того, чтобы выжить, и тем самым ускорили процесс гниения, – ответил мне Далас, после чего задумчиво добавил: – Видимо, те верзулы шли на трупный запах, а повстречали нас.

— Ты точно был контрабандистом? – спросила я с подозрением.

— Точно. И подобные случаи уже встречал, ведь прожил я побольше тебя, кое-что повидать успел.

— Я впервые вижу такое. До этого я только краем глаза видела тела поверженных кхагартов.

— Где это ты успела с ними пересечься? – поинтересовался мой сет.

— Шесть лет назад, возвращаясь из чужой галактики после продуктивных поисков пропавших сарфирийцев, в числе которых была моя сестра, на наш поисково-спасательный космический корабль напали пираты. Кхагарты взяли нас в плен и стали распределять в пары. Нам тогда крупно повезло чуть ранее повстречать обломки патрульного корабля и подстраховаться, вызвав новый патруль навстречу.

— Зато не повезло тому патрульному кораблю.

— Да уж.

— Расскажи про свое путешествие.

— Мы открыли новый мир… агрессивный, под названием Земля.

Я рассказывала, делилась своей историей, подробностями первого космического путешествия, периодически упоминала родителей, грустила, но приободрялась от ответных реплик своего сета. Он активно интересовался моей жизнью, спрашивал, что я люблю и где отдыхаю. Я в свою очередь изучала его вкусы. Один раз мы увлеклись игривыми колкостями, от чего пришлось сделать остановку и удовлетворить распаленного страстью льва. На какое-то время я забыла, куда иду и зачем, пока ближайшей «ночью» сквозь сон не уловила тоскливые ноты подвывающего ветра. Не открывая глаз, я подхватила мелодию сильной чародейки, что выплескивала всю свою печаль вместе с магией где-то там, наверху. Уже совсем близко!