Книга Обещанная медведю, страница 100 – Анна Владимирова

— Можно и мне сигарету? – не вытерпел я. Чувствовал, что на грани броситься хоть куда-то, лишь бы уже начать что-то делать, чтобы найти ее.

— Можно, – протянул он мне пачку. – А дар у нее не в этом. Не знаю, что там ее сестра нашла за дневники.

— Показала мне тетрадки какие-то.

— Взял тетрадку?

— Нет. Мне позвонили с вестью о пожаре. Я уже не думал о тетрадках тогда.

— Понятно, – кивнул он задумчиво и будто между прочим заметил: – Ромка – дочь моего брата.

Я едва не поперхнулся, пытаясь прикурить от зажигалки.

— Что? – просипел.

— Ага, – усмехнулся Давид. – Вот, присматриваю. А то забот у меня мало… – Он снова затянулся, устало горбясь. – Магдалина, ее мать, вернулась в семью после рождения Ромки. Старшую дочь Гданьский ей не отдал, как они ни бились с ним за право забрать. Но совет по опекунству не отдал ребенка ведьмака оборотню на воспитание. И я не виню графа. Я бы тоже собственного ребенка не отдал. – Он помолчал, давая мне время усвоить услышанное. – Лина не выдержала разлуки со старшим ребенком. К сожалению. А брат мой остался убиваться горем одиночества. Отпустил и женщину, и свою дочь.

— Он жив?

Давид покачал головой.

— Когда Лина умерла, он ушел той же ночью. Просил присмотреть за Ромой. Но нянька из меня так себе…

— Это точно, – досадливо нахмурился я. – Где ее теперь искать?

— Слушай, она не дурочка. Да – взбалмошная, но уже не ребенок. Тебя она любит. Не денется никуда…

— У нее мир сегодня ушел из-под ног и перевернулся несколько раз, – сурово сдвинул я брови, вставая. – Ты сам сказал, что она подумала, когда я ее бросил.

— Ей не впервой, Дар. И ты ее не бросил. Когда бросают – это выглядит совсем иначе, и Рома это прекрасно знает. Но искать будем. Я кинул уже постам нашим ее номер – быстро выцепим, если куда-то направилась.

— Она, наверное, к отцу поехала, – предположил я. – Я бы так сделал…

В груди царапнуло тоской, и я прикрыл глаза. Последняя встреча с отцом была так себе. Но и по-другому бы не вышло.

— Может, – вздохнул Горький без энтузиазма.

— А по мобильному поискать?

Он усмехнулся:

— У ведьмаков это не работает. Она хоть и медведица наполовину, но и ведьма тоже. А с нашими силами сигналы не проходят.

— Что за дар-то у нее? – вспомнил я. – Если не тот, о котором ей сказали?

— Она сама живет долго и того, кто живет с ней, держит, – устало улыбнулся он. – Много кто хотел бы ее заполучить… Как и ее мать.

— Вот как? – вздернул я брови. – А сестра у нее, значит, сука. И тетрадки подделала.

— Скорее всего. Живи Ромка с ней, считая ее лучшей на свете – и долгая жизнь достанется Ларе, а не тебе.

— Вот черт, – покачал я головой. – Почему же граф тогда не воспользовался? Ромка же скучала по нему…

— Гданьский как раз честно в этой ситуации поступил. Ромку от себя убрал, любви не обещал, даром ее пользоваться не собирался.

— А сегодня добровольно мне его отдал, – задумчиво вставил я.

— Благословил?

Захотелось не только закурить, но и выпить. Выходит, только любовью ведьму можно привлечь и оставить у себя, а она в благодарность еще и жизнь продлит.

— Вот черт, – усмехнулся я. – Не повезло Ромке с семейкой. – Горький укоризненно усмехнулся. – Ну ты тоже так себе дядя, – поморщился я.

— Все так, – невесело усмехнулся он. – Дар, ведьм держать надо. И не отпускать. Только моргнешь – их уже и след простыл. И доверять их никому нельзя.