Книга Аромат Смерти, Страсти, Любви. Нужное подчеркнуть, страница 69 – Анна Владимирова

Ближе к вечеру мы вышли на саму улицу Трастевере. Я рассказывала Грэгхану об учебе в Грассе, любимых дисциплинах, вдохновляющих меня парфюмерах и композициях, а также о студенческих традициях, практических работах и своем дипломном проекте. И вот это он слушал очень внимательно, живо интересуясь подробностями.

Я как раз живописала ему последний месяц учебы, когда он вдруг притянул меня к себе ближе и остановился.

— Ничего сейчас не говори и не бойся, — только и успел он мне сказать, как нас догнала пара мужчин.

Перегородив нам путь, они застыли в паре шагов. Оба были одеты в непривычные длинные черные одежды, подчеркивающие светлую кожу. Короткие волосы гладко зачесаны назад, темные, жутко поблескивающие глаза, внимательно изучали нас некоторое время, прежде чем один из них слегка склонил голову и заговорил на альрийском, обращаясь к Грэгхану с каким-то вопросом. Грэгхан отрицательно покачал головой, и что-то ответил. При этом оба незнакомца уставились на меня и сдержанно улыбнулись. Тот, что задавал вопрос, кивнул, произнес несколько сухих фраз и, вновь склонившись в легком поклоне, развернулся и направился к ближайшему переулку. Второй последовал за ним, и вскоре мы остались одни.

— Вампиры? — спросила я, настороженно всматриваясь в переулок, в который удалилась эта странная парочка.

— Да, — ответил он.

— Что хотели?

— Интересовались, по какому я здесь делу…

Я вспомнила их косые взгляды на меня, гадая, что же он им все-таки сказал.

— А тебе нельзя здесь быть просто так?

— Можно, но только сутки, — равнодушно ответил он, и мы направились дальше.

Я же смаковала его ответ некоторое время про себя, сдерживаясь изо всех сил, но в итоге все же произнесла:

— И что же, у таких «коренных итальянцев», как ты, так натянуты отношения с «родиной»?

Он бросил на меня потемневший взгляд, и я уже подумала, что очередной переулок станет свидетелем какого-нибудь насильственного действия надо мной, когда он вдруг усмехнулся:

— Каролина, долго обижаться вредно для здоровья, — авторитетно заявил он, наклоняясь ко мне ближе. — У вас в России даже, кажется, что-то на таких обиженных возят, только не помню, что именно…

— Воду, — призналась я, чувствуя, как от его близости и знакомого рычания в голосе, начинает перехватывать дыхание.

— Надо запомнить, — усмехнулся он. — Раньше у нас были сферы влияния во всей Европе, — тем не менее, начал объяснять он. — Но теперь, благодаря политике нынешнего правительства во главе с бывшем мужем моей матери, отношения действительно стали напряженными… Альрийская академия изначально была в Ватикане.

— Ого! — выдохнула я, не веря ушам, и, на всякий случай, повторила громче, — ОГО!!!

И даже остановилась, чтобы вместить эту новость в себя и не мешать ее усвоению.

— Помимо прочего, теперь у них своя академия, у нас — своя, — закончил Грэгхан, терпеливо пережидая мой ступор.

Перед моим мысленным взором возникли очертания обветшалого дворика древнего замка, затянутого туманом… И Ватикана, до которого было рукой подать. Сравнивать было сложно. Думалось мне, что и потери от разделения были настолько же впечатляющими, сколь и визуальная разница.

— Получается, мама училась уже не в Риме? — наконец, нашла я в себе силы следовать дальше.

— Нет, разделение произошло после смерти моего отца, сорок лет назад…