Книга Его чужая истинная, страница 77 – Анна Владимирова

То, что раньше казалось легким, вдруг отяжелело камнем внутри. Я не смогу вернуть себе Мальву силой. И слова Аррана поставили точку в этом медленном осознании. «Встретиться через сто лет» – наверное, неплохое решение. Если она предпочтет Сиана, тот отдаст ей привилегию длинной жизни Высшего оборотня. А я…

А я попробую не отпустить ее с ним.

Кто знает?

Только как пережить без нее эти сотни лет, я не имел представления. Мне просто нельзя ее видеть. Когда она перед глазами, я будто сам становлюсь зверем. Голодным, злым, неразумным… и готовым защищать свое вопреки здравому смыслу.

— Куда везти заключенного? – спросили меня, выдергивая из мыслей.

— Во дворец, – вздохнул я. – Предоставьте комнату, охрану, все удобства. Если его младший брат согласится, отпустите его с Яраном – они ладят. Нечего ему в таком возрасте в войну ввязываться…

— Хорошо, Повелитель.

И я уже было снова отвернулся в иллюминатор, когда со стороны кабины появился Азул. Он удалился к пилотам в начале полета, не считая себя в праве вмешиваться в наш совет.

— До чего договорились? – поинтересовался, усаживаясь напротив.

Я не спешил отвечать. За все это время Азул ни разу не изъявил желания со мной поговорить. И этот его внезапный интерес вызвал прилив негодования.

— Мы пойдем на обмен, конечно же, – выдавил напряженно. – Скажи, ты не вмешиваешься, потому что считаешь, что я должен сам все решить?

— Да, – коротко кивнул он.

— Меня удивляет то, как ты спокоен! – вспылил я. – А если моего отца уже нет вы живых?

— Это будет твой опыт, – потяжелел его взгляд.

— А твой? Он – твой брат, союзник, напарник по миссии…

— Значит, будешь теперь ты, – лязгнул металлом его голос. А я остолбенел. Даже на миг не мог представить себя равным ему, как и то, что отца больше нет. – Что? – Он сложил локти на столе, подаваясь вперед и словно нависая надо мной. – Было время, когда я мыл тебе задницу. Будет время, когда ты, возможно, будешь мыть ее мне. Но где-то в промежутке придется и постоять со мной на равных.

С моих губ сорвался хриплый смешок. Я растерялся. Никогда не представлял это все себе так… просто. Для меня Азул с отцом всегда были недосягаемыми. Как я могу так легко занять место Повелителя?

— Амал, – продолжал Азул, глядя мне в глаза. – Становиться рядом и становиться равным – не параллельный процесс. Он связан с ошибками, тяжестью вины за чужие жизни, борьбой со своими демонами и страстями. Невозможно от чего-то отказаться. Ты поймешь, что никогда не сможешь остаться лишь на одной стороне. И что на тебе лежит такой груз, который никогда не скинуть, что бы ты ни решил…

— А Арран? – усмехнулся я невесело.

— Он еще не понял, – цокнул языком Азул. – Но всему свое время…

Я еще долго сидел, опустошенный этим разговором. Невозможно было допустить мысль, что отца не стало. Наша последняя встреча – не то, что хотелось бы оставить себе на память… Странно, но я не испытывал больше ненависти и злобы ни к сопротивлению Ашхона, ни к Сэту. Все показалось каким-то мелочным и далеким на фоне возможной потери. Хоть бы Дженна не наделала глупостей…

Я огляделся и поискал глазами Ярана. Брат сидел в другом конце гостиной, откинувшись на кресло, стоящее в углу. Кажется, дремал. Я поднялся и направился к нему.

— Что Азул? – хрипло спросил он, приоткрывая глаза.