Книга Мой сводный зверь, страница 75 – Анна Владимирова

— Не могу.

Я медленно вздохнул, хмуро глядя на глупую рыжую докторку, которая взялась кипятить мне мозги после бессонной ночи.

— Не стоит меня заводить, — угрожающе процедил я.

— Кто-то должен, — бесстрашно пожала она плечами и откинулась на спинку стула. — Эльдар, позвольте мне несколько предложений?

— Быстрее, — прорычал.

— Вам, как и людям, свойственно прогнозировать худшее будущее из возможных. Вам даже больше, потому что инстинкт самосохранения у вас развит сильнее. Но контролировать этот процесс вы должны, иначе боль станет такой нестерпимой, что и таблетки не помогут. Вы принимаете сейчас вашу фантазию о развитии событий за стопроцентную реальность.

— То есть я не опасен для Карины в таком виде? — нагло оскалился я.

— Вы трусите, Эльдар. Ваше «я» не хочет пережить ту боль, с которой столкнулось однажды. И оно убеждает вас, что только побег от жизни гарантирует вам, что боль не вернется. Но это не так. Вы справлялись с гораздо большей болью во взрослом возрасте. Вы сможете преодолеть гораздо больше, чем думаете. А представьте, если не понадобится. Я не могу распространяться о ходе консультаций Карины, но не могу не сказать, что она как раз справляется. Да, время работает против вас, но на нее. А это не такая большая угроза в сравнении с той, которую вы создадите вам обоим, если уйдете.

Мы замолчали, глядя друг на друга. Я сжимал зубы, играя желваками, и не понимал, чего мне хочется больше — встать и уйти или все же дослушать эту очкастую русалку до конца. Нет, Катя не была русалкой, но напоминала мне ту рыжую из мультика.

— Пропишите таблетки.

— Завтра, — постановила она, откидываясь на спинку стула.

Глаза ее при этом метали молнии. Нет, на дружелюбную рыбу она точно не похожа. Зубастая слишком.

— Завтра? — усмехнулся.

— Обещаю, — хмуро ответила она.

— Ну, за сутки я как раз соберусь, — мстительно съязвил. Но, видя, как напряженно хмурится Катя, спросил: — Как у вас с Тахиром?

— Вернетесь в семью, — расскажу, — сложила она руки на груди, явно злясь.

На мою тупость, не иначе. Может, она права.

— Вот как? — оскалился холодно. — То есть вы уже в семье?

— Я не стремлюсь, — отвела она взгляд в монитор. — Да и сердце вашего отца надежно занято другой женщиной.

— Ее нет. Давно. А вы есть. И вы тоже трусите.

— Вы просто не интересуетесь им и ничего о нем не знаете, — вдруг тихо заметила она. — Женщина, к которой он привязан, жива...

Она вернула на меня совсем другой взгляд — неуверенный и уязвимый. Чёрт, ну неужели ты никого не нашла, чтобы не рвать себе сердце? Хотя… отец умел западать в душу женщинам. Та же мать Карины… По мне — одна из многих, но он нашел в ней что-то особенное. И я искренне считал, что Полине с ним повезло. Он умел быть особенным, уступчивым, обаятельным, «пушистым» для нее… Не то что я.

Я поднялся и направился к двери.

— Тахиру нужна семья, — долетело мне в спину, когда я уже взялся за ручку. — Ты, Карина и ее дочь.

Пальцы сильнее сжались на ручке, но я не обернулся. Толкнул двери и вышел.

* * *

— Если я не вернусь, то позвони Тахиру, ладно?

— Ты не вернешься, — ехидно усмехнулся Руслан. — Но я тобой горжусь.

— Ну спасибо! — закатила я глаза.

Мы стояли посреди моей кухни. Ксеня поздоровалась с Русланом, снисходительно отметила коробку пиццы и направилась чистить зубы.