Книга Мой сводный зверь, страница 38 – Анна Владимирова

— Ты вряд ли способен. Со мной ещё никто… Я…

Он пытливо вздернул бровь. Пришлось вернуть себе дар речи. Вышло хрипло и жалко:

— У меня был только бывший муж. И так хорошо с ним не было.

— Это, конечно, льстит, — нахмурился он. — Но мне не хочется говорить о нем в постели с тобой.

— Я не говорю о нем, — огрызнулась я. — Я рассказываю тебе о своем скудном опыте. И восхищаюсь твоим.

Эльдар хищно усмехнулся:

— Я не буду тебе рассказывать про свой опыт.

— Я и не прошу, — фыркнула я. — Мне все равно.

— Ванна или ужин? — сменил он тему.

— Ванна. И что-то, чтобы обработать задницу — снова печет.

— Хорошо, — нахмурился он неожиданно растерянно. — Тогда я принесу ужин. Потом обработаем…

* * *

Я слышал, что отец в кухне. Когда я прошел к микроволновке, он молча проследил за мной от холодильника.

— Ксеня попросила на ночь какао, — заметил отстраненно.

— Я поцарапал ее, — прорычал досадливо, хватаясь за дверь печки.

— Но не дал уехать к нему.

Я сжал кулаки, уперевшись взглядом в стенку. Эта ее простая просьба обработать кожу от моих царапин взорвала в груди все страхи разом. И я едва не задохнулся от них.

— Тебе надо ей рассказать.

Я едва ли расслышал слова отца.

— Нет, — мотнул головой и достал, наконец, тарелку с ужином. — У тебя там вино было…

— Возьми, конечно. — И он открыл шкаф и достал бутылку. — Отличное вино. Стоит у меня уже года три.

— Спасибо.

— Эльдар…

Я заставил себя обернуться к нему и встретиться с усталым обеспокоенным взглядом.

— Она теперь твоя.

— Я знаю, — отвернулся, упираясь ладонями в стол.

— Ей нужно знать. И тебе это тоже нужно.

— Как ты Полине сказал?

— Просто сказал. Осторожно. Подобрал слова.

— И как она отреагировала?

— Сначала была в шоке, — пожал он плечами. — Потом потихоньку привыкла. Попросила показать, как я превращаюсь в зверя. Не сразу, но мы прошли этот кризис. — Он помолчал, прежде чем продолжить. — Каждый находит в кризисе ресурсы для шага вперед. Это необходимо. Для меня с Полиной это был новый уровень отношений. А для нее — ещё и источник вдохновения.

Я все это понимал. Но страх стягивал внутренности узлами.

— Не все проходят этот кризис, — процедил я.

— Это стоит риска. Но ты не один. У тебя есть я. У нее — дочь. Кроме того в ситуации Карины безопасней будет, если она перестанет быть доступна ее мужу и попадет под защиту нашей системы, в которой не придется уже никому ничего доказывать.

Я вздохнул:

— Мне нужно время.

— У тебя оно есть.

— Что с детенышем?

— Ее зовут Ксения, Эльдар, — усмехнулся отец. — Ребёнок. Люди называют это так. Уложил спать. Пусть Карина не переживает.

— Спасибо.

Я подхватил поднос и направился обратно в свою комнату, расслышав тихое «не за что».

Карина, к счастью, никуда не сбежала. Послушно сидела в ванне, обняв ноги. Я только глянул на нее и вернулся в комнату. Я не отпущу ее сегодня. Ну разве что ребёнка проведать… Внутренности грело от происходящего — зверю было плевать на мои страхи. И царапал я ее кожу самозабвенно по его инициативе. Нашел, поганец, время напоминать о своих правилах…

Оставив поднос на кровати, я вернулся к Карине, недолго думая, стянул штаны и залез к ней. Она снова опешила от моей инициативы, сжалась, задержала дыхание… Если бы она знала, как ярко все это выглядит для меня — каждый ее напряженный вздох, стук сердца, запах. Мне претило навязываться ей, прижимать к себе… приручать. Я ведь уже один раз ушел. И казалось, что могу сделать это снова. Я не умел бороться за то, что дорого мне. Для других — да. Но только не за свое. И это вдруг пустило волну озноба по телу, несмотря на то, что сидел в теплой воде. Я только притянул Карину к себе спиной и прикрыл глаза.