Книга Мой сводный зверь, страница 23 – Анна Владимирова

— Привет, Волк, — просипела, опускаясь на коленки и заглядывая ему в глаза. Он ткнулся мне в лоб, шумно выдохнув, и принялся обнюхивать. — Это я, — прошептала. — Эльдар говорит, ты меня помнишь.

Волк фыркнул и ткнулся мордой в висок, замирая как-то по-особенному. Помнил.

— Как ты, Волк? — Я позволила себе осторожно коснуться его шеи. — Я скучала.

Показалось, он ворчливо зарычал, будто пытаясь ответить мне.

— Ты семью-то завел? — отстранилась я. — Или взял пример с Эльдара?

Волк отстранился и заглянул мне в лицо так осознанно, что я снова оцепенела. Так мы и замерли. Он рассматривал меня. Я его.

— Ты настоящий друг, Волк, — тихо заметила я себе под нос. — Ты никого не бросил… До сих пор здесь.

И снова он проворчал будто что-то очень понятное.

— Жаль, ты говорить не умеешь, — слабо улыбнулась и смелее потрепала его за шею. — Рассказал бы мне все…

Он заинтересовано повернул голову набок, и так это показалось забавно для такого серьёзного зверя, что я улыбнулась. И ночь уже не казалась такой темной, и страхи с отчаянием отступили.

— У меня всё хреново, Волк, — зачем-то принялась рассказывать. — Я очень скучаю по тем временам, когда мы были друзьями с тобой и Эльдаром. Эльдар теперь знать меня не хочет. Надо было не тратить на него время тогда, а больше с тобой проводить. Видишь, как время расставляет все по своим местам.

Зверь скептически проворчал, а я поднялась.

— Ты голоден, Волк? — кивнула я на дом. — Пошли, угостим тебя чем-нибудь. Чем там Эльдар тебя кормит? Тахир должен знать. Пойдем?

Он пошел. Не спеша проводил меня до крыльца, а я наказала ему ждать, а сама побежала в дом.

— Тахир! — позвала возбужденно отчима и бросилась в кабинет, где они должны были быть с Ксеней. Он вышел мне навстречу: — Тахир, там Волк пришел. Чем его покормить?

Надо было видеть лицо мужчины. Я тяжело дышала, переживая, что зверь уйдет, не дождавшись, а я обману его в ожиданиях и, кажется, выглядела очень глупо.

— Карина, — смутился отчим, — мы… не кормим его… Он… сам добывает себе пропитание.

— А если он не сможет? В округе же наверняка трудно с этим. Людей полно… Вдруг он по помойкам лазит? — нахмурилась я и бросилась обратно на улицу, но зверя и след простыл, а мне вдруг снова стало одиноко и пусто внутри.

— Вот я дура… — проворчала себе под нос и направилась в дом.

Остатки вечера я провела с Ксенькой за поделками, краем глаза подглядывая в почту и иногда отвечая Маше. На работе все шло ровно. Большой проект готовился к запуску, все было четко спланировано и выведено на финишную прямую. И это радовало. Не было времени киснуть. Завтра с утра вернусь к привычному графику, а в параллель соберу себя и займусь изучением вопроса о лишении родительских прав. Какие там основания и что сочинит Олег…

Тахир, извинившись, ушел к себе отвечать на звонок. Мы поужинали с Ксенькой одни. Я уложила её и спустилась в гостиную, чтобы убраться. И залипла перед камином. Нужно было подниматься в спальню, чтобы не столкнуться с Эльдаром. Но звука мотоцикла все не было, а я полагала, что услышу и успею улизнуть…

Только я ошиблась.

* * *

Дико мучила жажда. Я решил забежать на кухню после оборота, хлебнуть воды и потом уже пойти за мотоциклом в лес. На первый взгляд показалось, что в доме уже все разошлись по спальням. И это обрадовало. Мне нужна была передышка после сегодняшнего дня, а особенно — вечера. Встреча с Кариной в лесу растрепала мою решимость не трогать девочку. Стоило наткнуться на нее в ночи в лесу зверем, весь мир перевернулся, оголяя мои слабости и желания. Карина показалась такой уязвимой и открытой, что её боль и одиночество будто передались мне по проводам.