Книга Личная помощница для монстра, страница 52 – Анна Владимирова

— Спасибо, что предупредил, — улыбнулась она. — Удачи тебе на операции.

— Да, и Прохоров если вдруг будет пучить тебе глаза, не говори с ним. Отправляй ко мне.

— Я попробую.

— Я же, в свою очередь, попробую его обезвредить как можно быстрее. Ты — умница.

И так удобно и близко вдруг оказались ее губы, что ничего не помешало мне коснуться их легким поцелуем.

— Радислав Романович… — нарисовался вдруг в дверях Олег с подносом. — Здравствуйте…

— Я уже ухожу, — довольно сообщил ему я, почувствовав, как скукожились его ожидания в отношении Насти. Прямо как пенка на молоке от прохладного дуновения. Отлично.

Настя смущенно прокашлялась, заправила прядь за ухо, но я был уверен — разберется. Или…

Я обернулся у дверей.

Он ей нравится?

Да что б тебя!

— Олег, так а вы про выписку не подумали? — поинтересовался я.

Но вышло все равно глупо.

— Нет, Радислав Романович, — отрицательно покачал он головой, устанавливая поднос на тумбочке. — Мелкая так кричала сегодня… Ее вообще никто, кроме Насти не смог успокоить. Мы пока побудем. Да и, думаю, вы сами понимаете, если моя племянница не сможет носить гипс спокойно, нужно будет думать, что с ней делать…

Олег испуган. Сегодняшний день напрочь лишил его уверенности в том, что он справится. Учитывая, что уверенности у него и не было изначально. Я чувствовал что-то темнеющее за его лихорадочными эмоциями… Что-то… липкое. У меня от этого чувства стягивало в области солнечного сплетения, будто бы…

…я был омерзителен сам себе.

— Как правило, детям нужно три-четыре дня на адаптацию, — глухо выдал я на автомате, пораженный догадкой. — Не волнуйтесь, она привыкнет. Оставайтесь на пару дней, а потом будем смотреть по состоянию.

— Да, спасибо.

Я вышел в коридор и прислушался к своим последним ощущениям. Олег отдаст девочку. Уже принял решение, но еще мечется, страдает от чувства вины. Нет, он правильно решил. У него одного нет варианта обеспечить ребенка всем, что ей нужно. У него нет времени на нее. И моя Настя для него — надежда справиться со всем без этого омерзительного поступка.

— Радик!

Я обернулся и не сдержал усмешки, глядя на Дэна и его развевающийся галстук, когда он несся по коридору на всех парах в своем глубоко черном костюме.

— Где твоя секретарша? — подлетел он ко мне.

— Секретарша? — поморщился я.

— Настя! — процедил он. — Она пролезла в систему!

— Ну, мы же говорили о том, чтобы у нее был доступ к этой системе, чтобы она могла управлять моим самодурством, — серьезно парировал я.

— Это не смешно, Радик, — понизил он голос, — она потребовала себе полный доступ, прикрывшись моим и твоим именами!

— Ты хочешь сказать, что это она виновата, что ты не согласовал степень ее доступа, а наши системщики даже не удосужились уточнить прежде, чем выдать ей картбланш?

— Я был занят! А она — чертовски убедительна!

— В пижаме, — усмехнулся я. — Дэн, тебе стоит начинать ее опасаться…

— Смотрю, тебе весело, — пыхтел Дэн. — Где она?

— Одной рукой ребенка укачивает из операционного отделения, а второй — изучает открывшиеся тайны финансового отдела. И ты не трогай ее. Понял? У меня сейчас операция. Как освобожусь — поговорим.

Дэн только скрипнул зубами, а я направился в хирургический корпус.

* * *

Настя проснулась еще более капризной, но вскоре нам с Олегом удалось ее успокоить. Когда она затихла с соком и конфетой у меня на коленях, он вымучено мне улыбнулся: