Книга Служба отлова нечисти, страница 35 – Леон Монтан

Рейз судорожно сглотнула. Её сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот сломает ребра. Она видела, что Дариан на грани. Что он больше не может сдерживать ту первобытную химию, которая искрила между ними.

И, если быть честной с самой собой, она тоже больше не хотела этого сдерживать.

Она привыкла всё контролировать. Привыкла быть сильной, суровой, непробиваемой. Но сейчас, глядя в эти пылающие золотом глаза, чувствуя его огромную, властную фигуру, нависающую над ней, она почувствовала, как внутри неё просыпается женщина. Женщина, которая хотела, чтобы этот мужчина доказал, что он достоин её.

Рейз вскинула подбородок, глядя ему прямо в глаза.

— И что вы собираетесь с этим делать, Дариан? — её голос прозвучал как вызов, как брошенная перчатка. — Будете рычать на меня? Попытаетесь задавить меня своей аурой? Я — инспектор Отлова. Меня не пронять вашим пафосом. Если вы хотите доказать, что вы альфа, вам придется постараться.

Это было всё равно что бросить спичку в бочку с порохом.

Глаза Дариана вспыхнули. Он издал низкий, утробный рык, полный первобытной ярости.

— Я покажу тебе, кто здесь альфа, — прорычал он.

Дариан сгреб её в охапку, отрывая от пола. Он одним рывком смел с рабочего стола стопки актов, скрепок и пустых кружек, освобождая место, и с силой, но бережно, усадил Рейз на освободившуюся поверхность.

Его руки зарылись в её мокрые волосы, фиксируя её голову, а губы обрушились на её рот.

На этот раз поцелуй не был просто порывом. Это было объявление войны и акт безоговорочной капитуляции одновременно. Дариан целовал её жестко, властно, сминая её губы, проникая языком глубоко, требуя полной отдачи. Он доказывал свою мужскую силу, заставляя Рейз запрокинуть голову и издать тихий, сдавленный стон, который потонул в его губах.

Рейз ответила на поцелуй с не меньшей яростью. Её руки скользнули по его широким плечам, пальцы впились в ткань его рубашки. Она чувствовала мощные бугры его мышц, чувствовала, как его огромное тело прижимается к ней, вдавливая её в стол.

— Со мной нельзя обращаться как с дворнягой, Рейз, — хрипло зашептал Дариан, отрываясь от её губ и покрывая горячими, кусачими поцелуями её шею, спускаясь к ключицам. Его руки властно скользнули по её бедрам, задирая мокрый шелк платья выше. — Меня нужно гладить только против шерсти. Ты понимаешь? Только против шерсти.

Он доминировал. Он брал инициативу в свои руки — сильный, властный мужчина, хищник, который наконец-то дорвался до своей истинной пары. Каждое его прикосновение было пропитано жаром и электричеством. Рейз, которая всегда диктовала условия, вдруг обнаружила, что ей безумно, до одури нравится подчиняться его ритму.

Она выгнулась навстречу его рукам, тяжело дыша. Жар внизу живота превратился в пульсирующее, невыносимое желание.

Но Рейз была инспектором отлова. И даже в моменты абсолютной страсти её потребность в контроле никуда не исчезала. Она хотела этого мужчину, но она хотела его на своих условиях.

Когда рука Дариана скользнула под край её белья, заставив её судорожно выдохнуть и сжать его плечи до синяков, Рейз вслепую потянулась к верхнему, не запертому ящику своего стола.

Её пальцы нащупали то, что она искала.

Дариан, ослепленный страстью, готовился сорвать с неё остатки одежды, когда Рейз резко уперлась свободной рукой ему в грудь, останавливая.