Книга Безупречная репутация, страница 47 – Марьяна Брай

Сама виновата, Лиза, заигралась в «невесту». Теперь пожинай плоды своего пиар-плана. В этот момент дверь моего кабинета распахнулась, и на пороге возник Николай, мой драгоценный Коко, сияющий, как начищенный медный таз. В руках он держал конверт из плотной, почти лубяной бумаги, запечатанный огромной блямбой сургуча, на которой красовался оттиск чего-то, напоминающего то ли каравай, то ли герб с коровами.

— Лиза! Свершилось! — Коко картинно прижал письмо к груди. — Настоящий заказчик! Самородок! Золотая жила в кокошнике!

Я выхватила письмо. Наконец-то! Клиенты начали понимать, что со мной не нужно искать случайных встреч в парке, а можно просто написать.

— Это от Аграфены Саввишны Ложкиной, купчихи, — Николай забрал из моих рук письмо и без приглашения плюхнулся в кресло, тут же распечатав послание, и принялся зачитывать вслух, периодически присвистывая.

— Ты только слушай этот слог: «Милостивая государыня, ведаю, что вы из любой коряги можете вырезать Аполлона Бельведерского...» Лиза, эта баба побогаче некоторых графов! Ты знаешь, кто такие Ложкины? Они же в прошлом месяце с самим Императорским двором контракт подписали. Целый год будут поставлять к монаршему столу масло, сливки и молоко высшего сортового отбора. У них коровы, небось, на шелках спят и Моцарта слушают! — Николай перевернул страницу, и его лицо вдруг приобрело выражение крайней степени скепсиса. — Но суть вопроса... О-о-о, тут мы вступаем на зыбкую почву чудес. Аграфена Саввишна желает пристроить дочку. В идеале — за дворянина. Цитирую: «Красивого молодого, чтобы ни разу не разведённый, бездетный и в карты не слишком азартный.».

Коко скривился, словно у него внезапно разболелся зуб.

— Я видел эту... «невесту». Глафиру. Лиза, это не девушка, это катастрофа в рюшах. Курносая до такой степени, что во время дождя ей, кажется, нужно зонтик над ноздрями держать. Веснушек столько, будто в неё выстрелили из мушкета, заряженного гречкой. А походка... Николай вскочил и принялся карикатурно маршировать по кабинету, выпячивая живот и широко расставляя ноги. — Она не идет, она сваи заколачивает! И при этом пытается кокетничать, обмахиваясь веером так, будто отгоняет стаю назойливых мух от куска лососины.

— Коко, прекрати! — я не выдержала и расхохоталась. — Это жестоко. Мы откажем. Я не волшебник, я не могу вырастить дворянское достоинство там, где природа пожалела даже симметрии.

— Отказать?! — Николай замер, округлив глаза. — Лиза, ты с ума сошла? Там золота — что у твоего Плутоса! — он вдруг глянул на меня с сожалением. — Прости, ты же не знаешь, кто такой Плутос…

— В греческой мифологии бог изобилия и плодородных сил земли. Сын Диметры и…

— И почему я не удивился? После того удара о крыльцо нашей Лизаветы больше с нами нет. Думаю, на ее месте теперь кто-то другой, но я не ропщу, милая сестрица, поскольку жизнь стала настолько интересной, что хоть самому иди и стучись о камень головой, - перебил меня братец, который даже не представлял, что последним моим заказом был ребрендинг компании с названием «Плутос».

— Матушка-купчиха обещает такой гонорар за «правильный шум в прессе», что мы сможем добавить две части из шести к нашему чёрному капиталу!

Я задумалась. Четверть долга уже была в кармане, но независимость от Аркадия манила меня куда сильнее, чем отдых.