Книга Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1, страница 143 – Тан Ци

* * *

Это был ясный зимний день, ветер налетал порывами. Город Сыфан, словно огромный зверь, впал в зимнюю спячку на самой плодородной земле царства Чжэн.

В конце года как раз выпало несколько дней, благоприятных для свадеб. Уже пожилой первый министр выдал замуж свою дочь, генерал Хубэнь женился во второй раз, чиновник шаофу^[73] принимал в дом девятую наложницу – множество радостных событий произошло тогда в одно время. К тому же еще и верховный судья женился. В этом не было никаких сомнений: когда Жун Сюнь женился, естественно, он брал в жены Цзиньцюэ, ради спасения которой приложил столько усилий.

Конечно, сейчас Цзиньцюэ прикидывалась Ингэ, госпожой Ши Саньюэ. Тогда ее статус не дотягивал до того, чтобы стать главной женой Жун Сюня, но все люди, что находились у власти, знали, что у Ши Саньюэ есть младшая сестра, которая незадолго до этого вошла во дворец царства Чжэн и стала женой правителя.

Весь город Сыфан ликовал от привалившей радости. В эту эпоху, когда лучше быть проституткой, чем жить в бедности, пока люди были одного социального статуса, все остальные проблемы словно переставали существовать. По крайней мере, кроме меня, кажется, никто не задумывался о том, что Жун Юань и Жун Сюнь были родными дядей и племянником, а Ингэ с Цзиньцюэ – родными сестрами. И я все думала о том, как же они все потом будут общаться при встречах.

На свадьбу младшей сестры, пусть даже это по факту был просто переезд из павильона Хрустальных Вод в обитель Светлых Отражений верховного судьи, старшей сестре следовало прийти и присутствовать на торжественной церемонии. Поскольку это был союз, еще теснее скрепляющий родственные узы, пришла не только Ингэ, но и Жун Юань вместе с ней.

Главный зал был высоким и просторным. Повсюду висели ярко-красные иероглифы, обозначающие двойное счастье. Жун Сюнь уже был в свадебном наряде, молодой, почтительный, с изящными бровями и глазами такими же острыми, как у феникса. Он стоял рядом с почетным местом, ожидая, когда Жун Юань займет его.

Придворные чиновники преклонили колени по обеим сторонам прохода. Жун Юань в ярко-синем парадном одеянии ненадолго задержал взгляд на лице Жун Сюня и, держа за руку Ингэ, занял место, которое долго ждало их. Садясь, он спокойно сказал:

— После свадьбы позволь Ши Саньюэ приходить во дворец поболтать с Цзиньцюэ. Она там почти всегда одна, наверняка скучает.

Жун Сюнь поднял голову, его взор упал на безупречный макияж Ингэ. Он на мгновение застыл, и трудно было понять, о чем он думал или переживал в этот момент, а может, я просто себе это все придумала и в его голове не было никаких мыслей. Он словно вновь столкнулся с когда-то выброшенной кошкой или собакой. Так состоялась их первая встреча после того, как Ингэ вошла во дворец, – в этом месте и в это время.

Своими тонкими и нежными пальцами она приняла у служанки чайную чашку. На слегка раскрытых ладонях больше не было видно ни одной мозоли от рукояти меча. Она склонила голову, сдувая чайную пенку на поверхности воды, и мягким голосом произнесла:

— Сихэ целыми днями носится вокруг меня. Как же тут заскучаешь?

— Ты кривишь душой. На сердце у тебя одно, а говоришь совсем другое, – сказал он, слегка повернувшись.

Ее щеки, наполовину скрытые чашей, покрылись румянцем от раздражения. Она скосила на него взгляд и сердито уставилась.