Книга Тайна последнего предсказания, страница 124 – Оксана Пелевина

— Мадлен!

Встревоженный, надрывный голос девушки заставил фрейлину обернуться. Селеста, усаживаясь в одну из карет, махнула подруге рукой.

— Что ты здесь делаешь, почему ты не в Лувре? – обеспокоенно спросила фрейлина Екатерины, когда Мадлен в спешке подбежала к ней.

— Я только что прибыла…

— Садись в карету, быстрее, – крикнула Селеста, попытавшись за рукав втащить Мадлен внутрь.

— Подожди. Что происходит? – не понимала Мадлен.

— Генрих и его двор покидают столицу. Мы сбегаем, Мадлен. Солдаты де Гиза скоро будут здесь.

Селеста почти силой втащила фрейлину в карету.

— Но я даже не собрала свои вещи, – вспомнила Мадлен.

— Уже поздно, – ответила Селеста.

Кучер хлестнул лошадей, и карета, покачиваясь из стороны в сторону, покатилась к воротам. Вдруг она остановилась. Дверь распахнулась, и к девушкам заглянул королевский лекарь.

— Прошу меня простить, в каретах у Лувра уже нет свободных мест. Могу я поехать с вами?

— Конечно, месье Арно, – ответила Селеста.

— Благодарю, ма шер.

Попросив кучера погрузить большой сундук с целебными настойками, лекарь присоединился к девушкам.

— Кстати, Селеста, как хорошо, что я вас встретил, – сказал месье Арно, – я как раз собирался кое-что вам передать.

Мужчина покопался в карманах и достал оттуда помятый лист бумаги, щедро залитый чем-то красным. Девушка удивлённо приняла странный дар.

— Это что, кровь? – спросила Мадлен.

Лекарь, опустив голову, подбирал слова.

— Боюсь, что так, ма шер. Эту записку я достал из мундира месье Триаля. На записке указано ваше имя, Селеста. Вот я и подумал, что месье Триаль хотел передать её вам, но… не успел.

Селеста, похолодев, приняла записку из рук лекаря, но, так и не раскрыв её, спросила:

— Где вы видели Фабьена, месье Арно? Почему его записка в крови? – едва дыша, Селеста с трудом выдавливала из себя слова.

— Эта записка вместе со своим автором сегодня видела все страдания нашей столицы, – тихо, почти шепча произнёс лекарь.

— Месье Арно, пожалуйста, – прошептала Селеста, – ответьте, Фабьен жив? Он ранен?

Поняв, что не сможет всю дорогу противостоять просьбам Селесты, месье Арно тихо произнёс:

— Мне очень жаль, ма шер, его привезли вместе с другими павшими защитниками.

Записка выпала из рук Селесты. Девушка замерла, неестественно качнувшись.

— Селеста? – обеспокоенная состоянием подруги, обратилась к ней Мадлен. – Ты меня слышишь?

Но фрейлина Екатерины уже не слышала никого. Её глаза закрылись и, лишившись чувств, она повалилась на пол кареты.

— Держите её! – вскрикнула Мадлен.

Месье Арно вовремя перехватил бесчувственное тело Селесты и усадил обратно на сиденье.

— Бедная девочка, – чуть не плача, сказал старик, – я не хотел сообщать ей эту новость.

Пока лекарь искал в полах плаща пузырёк с резким запахом, Мадлен нагнулась и подняла выпавшую из рук Селесты записку. В этот момент в сознание девушки вновь вторглось видение.

Как только сумерки коснулись Парижа, добрая часть горожан начала стекаться на площадь, где накануне установили высокий деревянный эшафот. В нетерпении парижане перешептывались друг с другом, ожидая, когда же появится палач. Городские жители любили казни. При Генрихе III они случались не так часто, оттого каждое новое отрубание головы и повешение вызывало у парижан восторг. Сегодняшняя казнь была особенной.