Книга Трансильвания, страница 46 – Оксана Пелевина

— Не обязательно отпускать ее. Поедем с нами, – предложил Ирвинг. – Разве тебе не хочется раскрыть правду смерти отца? Получить ответы на все вопросы?

— Хочется, конечно, но… Не таким способом.

— А другого нет. Поверь, никто из тех, кого ты знаешь, не станет помогать вам. Люди не любят копаться в таких делах. Я знаю, о чем говорю. Там, в Лондоне, я пытался привлечь полицию и знакомых к расследованию гибели папы, но никто не стал меня слушать. Пришлось взять все в свои руки.

— Ты, кажется, пошел на большой риск. Я на такое не способна, – с долей сожаления призналась Талия.

— А вот тут ты не права! – усмехнулся Ирвинг. – Сдается мне, ты просто плохо себя знаешь. Вот скажи: раньше ты проникала тайно в чужие кабинеты? Рылась в чужих вещах?

— Нет, никогда!

— А сегодня сделала это. Более того, указала мне на секретный ящик стола, без тебя я мог бы его и не найти. Из тебя могла бы получиться просто замечательная воровка.

Не зная, как правильно реагировать на столь сомнительный комплимент, Талия ответила:

— Спасибо… Кажется.

За дверью кабинета стало шумно, в коридор высыпали студенты.

— Пора уходить, – прислушавшись, произнес Ирвинг. – Вряд ли Каталина сможет так долго забалтывать ректора.

Выскользнув из кабинета, Ирвинг отправил Талию к выходу, а сам вернулся за Каталиной, попутно подбросив украденный ключ на стол ректора.

На крыльцо университета юноша выскочил в приподнятом настроении.

— У нас все получилось! Вы даже не представляете, насколько ценные вещи попали нам в руки! Дневник профессора и карта ее перемещений!

Каталина, глядя на робко улыбающуюся сестру и довольного Ирвинга, не могла разделить радости своего нового знакомого. За время беседы с ректором ей пришлось пообещать подарить университету коллекцию редких книг и сделать значительное пожертвование.

— Во что ты нас втянул? – грозно спросила она. – Да еще и ключ выкрал? Как так можно?

— Не выкрал, а позаимствовал. И, в конце концов, вернул обратно. Но это не главное. Теперь я знаю, что мы должны делать и куда лежит наш путь.

— Я и до этого знала – в Бралуй, деревню, где погиб отец, – заявила Каталина и заметила, как при упоминании этого места вздрогнула ее сестра.

— Да, да, с нее мы и начнем свой путь, – кивнул юноша. – Но теперь известно, куда двигаться дальше.

Ирвинг принялся рассказывать о найденной карте и пересказывать содержание дневника. Видя восторженное лицо юноши, удивляясь его невероятной энергичности, Каталина не могла долго злиться на него и вскоре смягчилась. Кроме того, от ее цепкого взгляда не ускользнуло изменившееся настроение сестры. Глядя на нового знакомого, Талиша неосознанно улыбалась. Подвижное живое лицо Ирвинга приковывало к себе ее внимание. Он был свободным, открытым этому миру, и это несмотря на то горе, что жило в его прошлом. Задорные завитки его волос падали на лоб, и Талии отчего-то хотелось протянуть руку, чтобы коснуться их пальцами. Но она сдерживала этот порыв, боясь показаться легкомысленной. Увлеченный своим рассказом, Ирвинг не упустил из внимания улыбку, внезапно озарившую лицо девушки. Отметив про себя, что его новая знакомая необычайно привлекательна, молодой человек игриво подмигнул ей, заставив Талию мило засмущаться. Ее интерес и молчаливая поддержка будто добавляли ему сил и решительности. Его голос становился громче, движения раскрепощеннее, смех искреннее. Что же это такое? Задумываться об этом юноша, чье лицо и само уже покрылось легким румянцем, не стал и просто наслаждался блеском очаровательных карих глаз, взиравших на него с нескрываемым восхищением.