Книга Черное сердце фейри, страница 109 – Яна Вуд

Бран поднялся с земли и брезгливо поморщился, отряхивая одежду от грязи и гнили. Киллиан дернулся, повернул голову и оскалился, пытаясь вырваться из моей хватки. Но я держала его крепко.

— Перестань, – веско проговорила я. – Бран здесь, чтобы помочь. Он не желает мне зла.

Брат скалиться не перестал, но больше и не рвался впиться клыками в горло фейри.

— Мы должны отыскать ведьму, Киллиан, – пояснила я. – Но нам мешает этот проклятый туман. Ты ведь знаешь, где ее искать, не так ли?

Брат слушал внимательно. Его кроваво-красные глаза меня немного нервировали. По ним сложно было понять, о чем он думал. Кому он все же оставался верен, мне, его сестре, или его жуткой хозяйке.

— Пожалуйста, Киллиан, – отчаянно прошептала я.

Кларх шевельнул ушами и склонил морду в знак согласия. В душе надежда смешалась с безысходностью. Мне нужно снять проклятие, но я не уверена, что смогу. Если я решусь убить ведьму, то спасу Киллиана, но погибнет Бран и остальные фейри. А если я не успею снять проклятие вовсе, то все, кто стал его жертвой, навсегда останутся чудовищами, включая Киллиана. Ужас и паника сдавили мое горло невидимыми ладонями. И все, что я могла, лишь выдавить через силу:

— Тогда проведи нас к ней.

Брат Кары уверенно шел через лес. Мы двигались следом, только нимбрия отстала, колдовской туман пришелся кобре не по душе. Меня же не покидало ощущение, что мы добровольно идем в ловушку. Быть может, Каре и было легко довериться брату в обличии кларха, но я видел перед собой лишь чудовище и потому все время был настороже.

Возможно, для меня это был путь в один конец. Хотел ли я этого? Тьма, конечно нет! Понятие смерти для нас – что-то странное, неведомое, чуждое. Жизни фейри переходят из века в век.

А моя сейчас была в руках Кары. Я скользнул по ней взглядом, не поворачивая головы. Ведьма казалась решительной, целеустремленной. Оставалось надеяться, что она использует эту решимость для того, чтобы уничтожить только ведьму, а не меня и весь мой народ заодно.

Было ли безрассудным останавливать Кару, когда она уже почти произнесла те самые слова? Возможно. Но я тогда остро осознал: если она сделает это, а потом узнает, что я использовал ее, обманул, я потеряю ее навсегда. Да, выложить правду обо всем был большой риск. Однако я верил, что ведьма найдет в себе силы меня простить. Оставалось надеяться, что я не ошибся.

Внезапно кларх остановился. Шерсть на его загривке встала дыбом. Он злобно оскалился, обнажив острые клыки. Жуткие багровые глаза зорко вглядывались в туманный полумрак.

— Киллиан. – Голос Кары сочился напряжением. – Что там?

Ответом ей стал пронзительный треск покрытых гнилью ветвей. Листья всколыхнулись, и из-за деревьев выступили твари, которых я предпочел бы никогда не встречать. Хруст костей, гниющая плоть, бесконечный голод в глазах. Ротхи.

Кара невольно попятилась, ударившись спиной о мою грудь. Я обхватил ее за плечи, чтобы не дать упасть. Ладно, кого я обманываю. Она бы вряд ли упала. Я сделал это, чтобы хоть ненадолго ощутить тепло ее тела.

Свирепое шипение ротха резко вернуло меня к реальности. Я мысленно приказал себе собраться. Невозможность быть с ведьмой, очевидно, превращала меня в одержимого безумца. Я с ужасом осознавал, что готов был на все лишь ради одного ее прикосновения.