Книга Развод в 40. Я не прощу измену!, страница 47 – Николь Келлер

— Вы большая молодец, Женя. Хорошо держались и не скатились в скандал, что потом ваш муж и его адвокат могли бы использовать против вас в суде.

— Мне хотелось. Но я очень старалась. Ради сына.

— Все правильно. Вам нужно всегда быть начеку — Киселев обычно не гнушается самых грязных методов. Поэтому защищайте свои тылы. Он будет бить по самым слабым местам.

Тревога, что и Володя узнает мой маленький «грязный» секрет, взлетает до небес…

Женя

Я снова полночи не сплю. Ворочаюсь с боку на бок, подбирая слова, чтобы признаться Александру, что я не та, за кого себя выдаю.

Да, я приняла решение признаться в подделке резюме.

Я больше не могу молчать.

Он так много сделал для меня, будет просто свинством, если мой босс узнает обо всем от посторонних людей. Я не могу так поступить.

Только не с ним.

Я успела немного узнать Александра за эти дни и очень надеюсь на его понимание. Тем более, он знает мою историю, так сказать, изнутри.

Но в то же время осознаю, что бизнес не терпит дружеских и панибратских отношений. И с ночи готовлюсь к тому, что сегодня может быть мой последний рабочий день в уже полюбившемся Доме Моды.

Останавливаюсь перед дверями офиса. Ноги не несут. Внутри все сопротивляется. Делаю глубокий вдох и резкий выдох. Все равно не помогает унять внутреннюю дрожь. Где-то там, глубоко внутри маленькая и беззащитная Женя плачет, а на деле я расправляю плечи и делаю первый шаг. Второй и третий. Прибавляю ходу, потому что Александр просил не опаздывать на совещание. Но я пришла заранее, чтобы поговорить с ним до начала рабочего дня.

Прохожу мимо охраны, здороваюсь, механически растягивая губы в улыбке. Приветствую коллег, к которым уже успела привыкнуть, а с кем-то даже выстроить теплые отношения.

— Доброе утро, — секретарша сегодня тоже зачем-то решила прийти пораньше. — Александр Даниилович у себя?

— Да, он уже здесь, но просил никого не беспокоить, — девушка смотрит на меня в упор, голосом подчеркивая «никого». — У него важный телефонный звонок с поставщиком. А потом совещание в конференц-зале в девять.

— Про совещание помню. Настя, я же не ошибаюсь?

Девушка робко кивает. Напрягается всем телом, как будто грудью готова защищать святая святых.

— Настя, я очень прошу, как только Александр Даниилович освободится, сообщите мне. У меня к нему серьезный разговор. И очень важно переговорить с ним до начала совещания.

— Я поняла.

— Спасибо.

Я ухожу к себе в кабинет. Убираю верхнюю одежду в шкаф. И принимаюсь мерить шагами помещение. От стены до стены, периодически поглядывая на часы. Дважды звоню Насте уточнить, не освободился ли босс. И дважды получаю раздраженный отрицательный ответ.

До начала совещания три минуты. И мне ничего не остается, как взять ежедневник, ручку, спрятать мобильный в карман и пройти к конференц-залу.

Я решаю выловить босса у входа. Замечаю Александра с зажатым мобильным между ухом и плечом и что-то на ходу подписывающим. Настя не соврала: у босса действительно суетное утро.

— Жень, привет. Что-то случилось? — интересуется босс шепотом, отведя трубку.

— Мне нужно с тобой срочно поговорить. Это очень важно.

— До конца совещания потерпит?

Мнусь. Заламываю пальцы. Но под внимательным и просящим взглядом Александра сдаюсь и коротко киваю.