Книга Девушка бандита. Без права на любовь, страница 29 – Злата Зорич

Я резко оторвала голову от подушки — мне послышались странные звуки снаружи входной двери, и я встала, чувствуя, как бешено колотится сердце. Мне стало страшно — я была совершенно одна в чужой квартире, в тамбуре кто-то подозрительно шаркал, а потом и вовсе начал настойчиво ломиться в дверь.

Я зашла на кухню, взяла в руки нож.

— Кто? — спросила я резко, пытаясь разглядеть хоть что-то в заляпанный глазок.

— Это я, — послышался сдавленный голос — чужой, почти неузнаваемый. — Мышка, открывай.

Я распахнула дверь. Все пространство в тамбуре было в крови — пол, следы на стенах, по коридору от ступенек тянулся кровавый след.

— Ебаный лифт опять не работает, — с трудом произнес Ник, делая шаг в сторону двери.

Нож выпал из моих ослабевших рук и с противным лязгом упал на плиточный пол. Я прикрыла лицо ладонями. С трудом мне удалось убедить себя, что это не сон, слишком ужасный, чтобы быть правдой.

Ник сделал шаг, вцепился окровавленными пальцами в проем двери, попытался опереться на него, потому что сознание стремительно начало его покидать. Глаза его потускнели, взгляд сделался пустым.

Он медленно оседал на пол. На светлой стене осталась кровавая полоса.

Я лежала рядом, не стесняясь прижиматься к Нику. Теперь мне нужно было каждую секунду убеждаться в том, что он рядом и что с ним всё хорошо. Его тепло, его дыхание, пусть даже сбивчивое от боли — всё это доказывало, что он живой.

Вспомнив, что интуиция подсказывала мне, что что-то случится, а я все равно сделала недостаточно, чтобы не позволить Нику уехать, я вздрогнула и инстинктивно прильнула к нему.

— Извини, — я приподняла голову от подушки и заметила, что и без того бледное лицо Ника скривилось от боли. — Больше не буду тебя трогать! — спешно пообещала я, догадавшись, что своими прикосновениями задела свежую рану.

— Не, продолжай, — с трудом усмехнулся он. Его голос был слабый, но всё равно с оттенком привычной иронии. — Мне приятно. Я потерплю.

Я осторожно положила голову обратно ему на плечо, переплела наши пальцы в замок, будто так можно было передать часть своей силы, своей жизни. Вторая рука Ника лежала сверху на пледе, которым он был накрыт, и вся была перемотана бинтами. От одного взгляда на неё комок подступал к горлу.

— И всё-таки надо вызвать врача, — тихо предложила я, заранее зная, какой будет ответ.

— Или давай я отвезу тебя в больницу? — добавила, хотя надежды было мало.

— Ты глупая? — в голосе Ника звучала усталость. — Это же поножовщина. Они сразу доложат куда следует. Мне этого не надо. Я сам со всем разберусь.

Мы лежали на узком диване совсем близко. Ник на спине, я на боку, прижавшись к нему, слушая биение его сердца. Вдруг он повернул голову в мою сторону, и я впервые увидела его глаза настолько близко. Глубокие, тёмные, без тени привычного вызова или злости. Он не выглядел ни агрессивным, ни угрожающим. Напротив — обычным, домашним, будто все эти шрамы, кровь, боль — всего лишь дурной сон.

Кончиками пальцев я осторожно коснулась его лица. Уже не было в нём привычной колкости. Этого барьера, который он возводил между собой и всем миром. Сейчас он был открыт, уязвим — раненый зверь.

Его губы так близко, что мне не нужно совершать дополнительных усилий — только немного потянись, и это случится.