Книга Любить нельзя. Расстаться, страница 70 – Галина Милоградская

— Ха! Светик! – что бы там ни было, за них всё решил Санёк. Остановился так резко, что Никита едва успел замедлиться и остановить ногу в сантиметре от его виска. – Хочешь присоединиться? – Он взмахнул рукой и хитро покосился на Никиту.

— Нет, – Света невольно улыбнулась. Посмотрела прямо в глаза и твёрдо сказала: – Нам надо поговорить.

— Тогда я пойду! Во мне бурлит не только источник вечной молодости, но ещё умещается океан такта! – Санёк ослепительно улыбнулся, бросил на Никиту многозначительный взгляд и сделал было шаг, но тот вдруг поймал его предплечье и крепко стиснул.

— Нет. Это не займёт много времени. Разомнись пока, а то совсем заржавел.

— Я?! Кит, ты меня оскорбляешь! Вечная весна моей молодости никогда ещё не была такой цветущей!

— Ладно, – примиряюще вскинул руки вверх Никита, – я пошутил. Просто подожди и никуда не уходи.

Он мог подбежать к ней, но предпочёл медленно пересечь стадион и остановиться на расстоянии вытянутой руки. Света не сдержалась, втянула воздух: от Никиты пахло дождём, потом, смятой травой. На обнажённых плечах рассыпались капли, майка прилипла к груди, мокрые волосы облепили лоб и виски. Когда её взгляд остановился на его лице, Никита взъерошил их, тряхнул головой, как мокрый пёс, и настороженно произнёс:

— Здравствуй. Что-то случилось?

Что ему сказать? Все заготовленные фразы выветрились из головы, она чувствовала себя такой растерянной, жалкой, что в носу снова начало щипать. Стараясь не разрыдаться перед ним, Света молча кивнула, протолкнула ком в горле, заговорила подрагивающим, срывающимся голосом:

— Я… Никит, мне кажется, я…

Она замолчала, ругая себя и заставляя собраться. Пришла и мямлит, как девочка. Будто перед ней не её Никита, а снова строгий незнакомый офицер, которого встретила на практике, кажется, тысячу лет назад. Он склонил голову набок, приподнял одну бровь, ожидая ответа и не собираясь ничем облегчать ей задачу.

— Тебе кажется что, Свет?

Её имя всегда звучало у него с таким оттенком интимности, что перехватывало дух. Она давно перестала это замечать, и вот, снова попала под магию нескольких звуков, произнесённых мягким, приглушённым голосом.

— Не кажется, – твёрдо заговорила она, черпая уверенность в собственных воспоминаниях, в его вечном обещании: «Всё будет хорошо». – Мне не кажется, я уверена – я хочу, чтобы ты вернулся. Я… – Света всё-таки запнулась, опустила глаза и конец фразы еле слышно прошептала: – Я соскучилась, Никит.

Он молчал мучительно долго. Было слышно, как фыркает Санёк, упруго отжимаясь на пальцах. Как капает с деревьев. Наверняка, затяни он паузу, Света смогла бы услышать, как шуршат в траве муравьи.

— Я не вернусь, – спокойно ответил он. Света испуганно вскинула глаза, тут же провалилась в мягкий, ласкающий, вопреки словам, взгляд. – Я не вернусь сейчас, – добавил он, засовывая руки в карманы. – Мне не нужно время, чтобы понять, что я к тебе чувствую. Но ты… Сказала, что скучаешь. И всё. Спасибо за честность, но этого по-прежнему мало.

— Хочешь, чтобы я призналась тебе в любви? – прошипела Света, уязвлённая его ответом.

— Хочу, чтобы ты была уверена, что любишь. Впрочем, – он лукаво улыбнулся, – это не значит, что я не хочу видеть тебя. Может, нам для начала надо заново научиться разговаривать, м?