Книга Ненавижу и люблю, страница 64 – Галина Милоградская

— Мы этого не говорили, – прохладно поправила я. – А по поводу прорывов – приходите завтра послушать доклады Дениса Аркадьевича и Романа.

— Обязательно загляну. – Эдуард подцепил с тарелки кусочек мяса. – Хотя не уверен, что вам будет, чем меня удивить.

— Поверьте, цели удивить вас у нас не стоит, – проворковала я, – не думаю, что вирусология может быть интересна вашей спутнице.

— О, я завтра еду кататься на катере, – простодушно заявила та. – А все эти конференции – скука смертная! Не понимаю, что вы в них находите… Хотя, должна признать, кормят здесь неплохо!

Произнеся эту тираду, самую длинную и осмысленную за весь вечер, она снова замолчала, вернувшись к высокому бокалу с белым вином.

— Если вы хотели потанцевать, то уже можно, – доверительно склонился к девушке Денис. Она бросила на него благодарный взгляд и повернулась к Эдуарду. Денис же посмотрел на меня, открыв было рот, когда Рома его опередил.

— Мы вас покинем ненадолго. – Он поднялся, кладя руки на мой стул. – Давно не танцевал с женой, – извиняющимся тоном добавил он. Его ладонь обхватила мою слишком резко, и я удивлённо посмотрела на Рому, но он продолжал безмятежно улыбаться, не сводя с меня холодного взгляда. И только когда мы оказались на танцполе, медленно закружившись под Гершвена, он нарушил молчание.

— Если твой любовник будет продолжать так открыто на тебя смотреть, может, сразу сходить к журналистам и рассказать им обо всём?

Я замерла, недоумённо глядя на него. Денис не сводил с меня глаз? Но я не заметила ничего подобного. Впрочем, я вообще старалась не смотреть в его сторону. Неужели это так? Но и остальные мужчины уделяли одинаковое внимание мне и спутнице Эдуарда, потому что мы оказались единственными женщинами за нашим столом. Или же?.. Рома ревнует? Не может такого быть. Просто невозможно.

Он уже не смотрел на меня, блуждая взглядом поверх моей головы, а на скулах играли желваки. Снаружи Рома источал леденящий холод, но его рука, лежавшая на моей обнажённой спине, жгла кожу, как раскалённое железо. Я просто не могла не проверить свою догадку. Потому что надо быть уверенной до конца в том, что у нас ничего не будет, прежде чем стереть последние границы между Денисом и мной.

Этот танец показался мне бесконечным. Когда мы вернулись за стол, Денис угрюмо сверлил свой бокал взглядом, а Эдуард выглядел донельзя довольным – видимо, разговор не клеился. Впрочем, скоро директор Бичем всё-таки поддался уговорам спутницы и позволил увлечь себя в танец. Напряжение, сковавшее наш стол, немного спало, и мужчины разговорились. Я вполуха прислушивалась к обсуждению преимуществ последнего Ягуара перед предыдущей моделью, когда почувствовала мягкое прикосновение к своей коленке. Медленно поднеся к губам бокал, сделала глоток и посмотрела на Дениса. Он не обращал на меня внимания, увлечённо включившись в обсуждение. Но рука его явно жила своей жизнью, круговыми движениями оглаживая кожу и медленно поднимая платье под столом, скатывая его на бёдрах.

Это было… странно. Волнующе, остро и совершенно на меня не похоже. Сделав новый глоток, я коротким движение облизала нижнюю губу и повернулась к одному из сотрудников Бичем, сделав вид, что увлечённо слушаю. Польщённый вниманием, он пустился в пространные объяснения, смысл которых напрочь ускользал. Тёплая ладонь нежно прошлась по внутренней стороне бедра, и вдруг слабо сжала, вызвав острую волну мурашек. Потом погладила в обратном направлении, к колену, и снова возвратилась наверх. Интересно, Денис догадался, что под платьем у меня ничего нет? Кажется, кончики моих ушей зарделись, и я невольно потупила взгляд, уставившись в опустевший бокал.