Онлайн книга «Сильнее ветра»
|
Он отсутствовал уже четыре месяца, проект затягивался, и в той глуши с завидной регулярностью не ловила связь. Добавить к этому негативному списку семнадцатичасовую разницу во времени, и моё раздражение можно было вполне легко объяснить. Он понимал меня, но ничего не мог сделать. В очередной раз поглубже вдавив наушник, отчего в ухе появился противный зуд, я зашла в гардеробную. Быстро пробежала оценивающим взглядом по одежде, сразу зная, что выберу максимально закрытый наряд, чтобы у этого респондента с наглыми глазами и дрянным характером не появилось ни одной неприличной мысли в отношении меня. Стоило мне только вспомнить его абсолютно недопустимое поведение в кабинете Дэниела, как желчная кислота тошнотворно подкатывала к горлу и очень долго не хотела спускаться обратно. — В ближайшее время я начну выбирать платье, – возвращаясь к созерцанию заспанного лица, сурово заявила я. — Это угроза? Почему он даже с утра такой красивый? — Считаешь меня красивым? – тут же взбодрился он, и я замерла, вглядываясь в самодовольное лицо и понимая, что озвучила свою мысль вслух. Так-так. Активирован режим любимчика судьбы. Он расплылся в широкой обворожительной улыбке, демонстрируя ямочки на щеках, которые обладали магическим действием. Иначе я не могла объяснить, почему мне резко захотелось освоить телепортацию и переместиться к нему, чтобы до смерти зацеловать каждую из них. Красивый – это совсем неподходящее определение. Эйден уникальный. Его способность, заключающаяся в умении нравиться людям любых возрастов, социальных статусов и религиозных взглядов, являлась для меня поразительной и порой выводила из себя. Даже женщина из консьерж-сервиса нашего жилого комплекса была к нему неравнодушна. А ей, к слову, за пятьдесят. Он не имел привычки обижаться, без причины злиться, осуждать или сплетничать. Он не зацикливался на неудачах и, наверное, именно поэтому, в его жизни их было крайне мало. Он особенный человек. Наполненный мечтами, целями и вдохновением. Его энергия создавала невидимое магнитное поле, к которому тянулись все без исключения. Рядом с ним хотелось не просто жить. Рядом с ним хотелось забрать у жизни самое ценное. Единственный ресурс, контролировать который не способен никто. Время. Эти семь лет безвозвратно улетели, как торпеда в небо. Мне всегда было его мало и стандартно раз в месяц, а то и чаще, я со страшно серьёзным лицом заявляла, что обязательно найду его в следующей жизни. Чего бы мне это не стоило. Даже если я стану кошкой, он будет терпеть меня и пить лекарство от аллергии. На все эти мои фразы он неизменно смеялся, а затем заваливал на ближайшую горизонтальную поверхность и одаривал нежнейшими поцелуями каждый сантиметр тела. И, пожалуй, единственное, что меня раздражало – это его любовь к рисованию. Нет, не так. Убийственно сильная любовь к рисованию. Иногда, я словно отходила на второй план, и как бы я не старалась не обижаться, всё равно эти срывы случались. Хочешь потерять расположение Эйдена? Легко. Нужно всего лишь в момент мужского творческого порыва забрать у него из рук грифельный карандаш. Один раз я имела неосторожность совершить столь воистину ужасающий поступок. Время было два часа ночи, я не могла уснуть и с чувством девчачьего долга пропела монолог о том, как он меня не ценит, как мало внимания уделяет и прочую подобную чепуху, восемьдесят процентов которой являлось откровенной ложью. Я так не думала, и он старался всегда находить для меня время. Но моя так не к месту проснувшаяся эгоистичная натура посчитала уместным вывалить всё это на него в самый неподходящий момент. Он отреагировал спокойно и сказал, что подойдёт через десять минут. Но я, решив, что это вечность, совершила то, что совершила. Он не произнёс ни слова, пока смотрел, как этот бесценный карандаш в моих руках превращается в горку неровных обрубков. И только, окончательно расправившись с неодушевлённым предметом, в этом долгом пронизывающем взгляде я смогла прочитать то, что буквально светилось неоновой строкой: «Ты не карандаш сломала. Ты вырезала у меня почку». |